Причина его странного поведения стала заметна полчаса спустя, когда повозка добралась до опушки. Дорога выползала из леса только для того, чтобы тут же погрузиться под воду. Разлившаяся река поглотила большую часть заливного луга и окрестных полей, затопив всю низину. Чуть подальше вода подступала к самой опушке – кусты и молодые деревья стояли уже в воде. Где находился противоположный берег, оставалось только гадать. Торчащие из воды кусты могли оказаться и островом посреди реки, и противоположным берегом.
Остановившись у самого края воды, артисты долго смотрели на разлив. Это было красиво, спору нет. Но радости для путешественников особой не доставляло.
- И куда дальше? – время прошло и совершенно успокоившийся Тиар присоединился к остальным. – Как будем перебираться на другую сторону?
- Никак, - вздохнул мастер Боар. – Придется повернуть назад и искать другую дорогу.
- Назад? – артистам редко приходилось поворачивать так резко, ибо позади, как правило, оставались замки и фермы, где они только что побывали, и там их явно не ждали, ибо не успевали соскучиться.
- А куда? Как перебраться на ту сторону, если даже моста не видно? Его либо смыло половодьем, либо залило водой. Даже если он на месте, до него просто не добраться.
- Кажется, примерно лигу назад мы проходили какую-то развилку, - припомнил Янсор. – Там не было никаких стрелок и указателей, вот я и не обратил на нее особого внимания.
- Поедем к развилке, - решил мастер Боар. – Матушка Ханирель, поворачивайте фургон.
- Куда мы направляемся? – высунулась Таша. – Мы уже приехали?
- Нет, и, думаю, приедем не скоро, - ответил ей Даррен. – Разлив. Там не пробраться!
- Давайте где-нибудь остановимся, - предложила альфара. – На несколько дней, пока не спадет вода. На какой-нибудь ферме…
- Нет! – воскликнул долго молчавший мастер Неар. – Только не останавливаться!
Обычно менестрель умел владеть собой. Он оставался спокоен практически в любой ситуации, а сейчас его что-то взволновало.
- Хорошо, - кивнул мастер Боар. – Тогда повернем назад…
- Куда угодно, только не оставаться на месте! – заторопился менестрель.
- Тут опасное место? – Даррен завертел головой. – Интересно, тут есть дриады или лесавки? Спросить бы у них…
Но маленькие существа, если и обитали у опушки, показываться на глаза путникам не спешили. А лес, как назло, выглядел довольно мирно и даже уютно. Все искренне недоумевали, что же так испугало мастера Неара, который по-прежнему держался позади всех и часто оглядывался через плечо. Воспоминания о зачарованном Лесе Дриад, где труппа чуть было не осталась навсегда, были еще живы в памяти артистов. Но тогда менестрель вел себя по-иному.
Развилку отыскали с трудом. Вторая дорога уводила фургон всё дальше в чащу леса. Ближе к вечеру наехали на небольшую лесную деревеньку – несколько домиков теснились на прогалине, окруженные общим забором – защитой от дикого зверья. Судя по всему, местные жители кормились больше тем, что добывали в лесу – охотились, бортничали – потому как возделанных полей поблизости не встретилось.
- Едем мимо, - распорядился мастер Неар, едва дома с крышей, поросшей прошлогодней травой и даже с тоненькими березками над входом, показались за деревьями. – Сверните в сторону, матушка Ханирель, пока нас не увидели!
- Но почему мы должны прятаться? – искренне недоумевали все. – Кто мы такие, чтоб скрываться?
- Мы те, кого могут разыскивать, - отрезал менестрель, чем напугал всех. Таша забилась в недра фургона и тоненько скулила от страха, судорожно прижимая к себе детей. Тайн и Тиар не отходили от Соэль. Даже Янсор смирно ехал рядом на своём мерине и не пытался рыскать по ближайшим кустам.
Наконец, лесное поселение осталось позади. Малоезжая дорога – даже не столько дорога, сколько нахоженная тропа – вывела из чащи в редколесье. Судя по тому, как редко росли деревья, и как густо вставала молодая поросль, несколько лет назад тут прошел лесной пожар. Под колесами захрустели сучья.
Уже в сумерках, миновав горелое место, артисты выехали к небольшому лесному озеру, окруженному ельником. Оно тоже напиталось талой водой, и уровень его был вровень с крутыми берегами, подтопив росшие вокруг кусты. Здесь остановились, тем более что становилось темно, дальше ехать было опасно и следовало позаботиться о ночлеге.
Пока все разбивали лагерь – ходили за хворостом, поили и задавали корм лошадям, готовили лежанки из елового лапника, - менестрель бродил по окрестностям, то скрываясь за деревьями, то выходя опять. Он был крайне насторожен, прислушивался к чему-то и несколько раз даже прикладывался ухом к земле, слушая ее дрожь.