На улицах было немного народа, и на огородиках поблизости тоже, несмотря на то, что до заката ещё оставалось время. Зато на торговой площади, где совсем недавно шумела ярмарка, было непривычно многолюдно. Еще с другого конца улицы лорд разглядел фургон и собравшуюся вокруг него толпу. Он сделал своим спутникам знак придержать лошадей.
После недолгих споров артисты решили поставить фрагмент из пьесы «Поцелуй любви», которая неизменно пользовалась успехом. Прекрасную принцессу полюбил некий принц, но злая волшебница хотела помешать их счастью. Она тоже влюбилась в юношу, но тот ответил отказом на её притязания. И тогда волшебница надоумила короля-отца отправить жениха на край света за свадебным подарком. А тем временем подстроила так, что девушка пала жертвой колдовских чар. Она уколола палец о стебель красного шиповника* и погрузилась в глубокий сон. Король с королевой, однако, не пожелали класть дочь в склеп, а издали указ, согласно которому тот мужчина, чей поцелуй разбудит принцессу ото сна, станет ее супругом. И вот во дворец собрались женихи, и каждый лелеял мечту стать тем единственным. Но чары спали лишь после того, как к принцессе вернулся ее возлюбленный принц.
(*Красный шиповник – у эльфов, как ни странно, символ зла вообще и злых чар в частности.)
Играть решили вторую часть пьесы, сразу начав с того, как принца злая волшебница забрала в плен, а сама наложила на принцессу чары.
Лейр, единственный, кроме ушедшей прогуляться с детьми Таши, не был занят в пьесе. Он скромно присел сбоку, стараясь занимать как можно меньше места. В памяти у юноши зияла пустота – те несколько дней, которые он провел в обществе артистов, были пока единственными его воспоминаниями. О своей прошлой жизни он имел весьма смутные представления – ему рассказали, как нашли его в петле недалеко от поместья-столицы, но сам ли он решил покончить с собой или его пытались убить – никто не знал. Думать об этом было неприятно и больно, и Лейр поневоле интересовался каждой мелочью из окружавшей его новой жизни. Затаив дыхание, он следил за развитием сюжета. Простившаяся с женихом, принцесса, чью роль исполняла Соэль, тяжело переживала утрату. Она отошла к самому краю сцены, произнося свой монолог, и не видела, что за ее спиной к ней подкрадывается злая волшебница, которую играла матушка Ханирель. Она накинула на спину темное покрывало, ссутулилась так, что стала казаться в два раза меньше ростом и прихрамывала. А умело наложенный грим делал привычное лицо совершенно неузнаваемым.
Рядом на край импровизированной сцены присела Раэна. Девушка уже успела надеть на себя плащ, расшитый перьями и делавший её похожей на большую птицу.
- Нравится, да? – догадалась она. – Соэль, она такая – всем нравится!
В голосе ученицы менестреля прозвучала зависть – обычная полукровка в мире эльфов не могла даже мечтать о том внимании, которое выпадало на долю ее подруги. Для высокородных эльфов идеалом красоты считались светлые волосы и голубые глаза на чуть вытянутом лице – именно так выглядела Соэль. Темноволосая, темноглазая, круглолицая Раэна проигрывала рядом с нею.
- Скажите, что мне делать, небеса? – вопрошала тем временем Соэль. – И как разлуку мне перенести? Увянет без любви моя краса!
В это время она заметила волшебницу и вскрикнула.
- Ты испугалась, милая? – проскрипела та. – Прости…
Девушка не распознала ведьму, которая уже являлась ей в начале по ходу пьесы, ласково заговорила с нею, и та, узнав, что тяготит принцессу, вручила ей волшебный цветок: «Покуда свежи его лепестки, не будет сердце чувствовать тоски!» Принцесса взяла белый шиповник*, но только поднесла к лицу, чтобы вдохнуть его аромат, как укололась об острый шип. И её кровь окрасила его лепестки в алый цвет.
(*Белый шиповник – у эльфов символ вечной любви и всего доброго и светлого.)
Когда Соэль, изображая бессилие перед сковывающими её чарами, со стоном опустилась на колени и с криком упала бесчувственная на руки подбежавшей королеве-матери, Лейр едва не рванулся на сцену, чтобы подхватить девушку, хотя и знал, что это игра, а кровь – всего лишь краска из спрятанного в рукаве пузырька. Но ему помешали Раэна и мастер Неар, удержавшие за руки.
- Тихо, - прошептала ученица менестреля. – Не мешай.
- Ы-ы, - пробормотал Лейр.
- Нравится пьеса? – кивнула девушка. – Мне тоже. Смотри лучше!
По замыслу пьесы злая волшебница удерживала в плену возлюбленного принцессы, чтобы тот не успел к церемонии, и девушку разбудил кто-нибудь другой. Но чудесная птица прилетела к окну его темницы и пропела балладу о спящей девушке. Роль птицы играла Раэна. Под музыку мастера Неара, время от времени поднося к губам флейту, она станцевала и спела. Ее музыка разрушила чары, и влюбленный принц вырвался на свободу.