Тропа к нему давно заросла, он казался ветхим, заброшенным и совсем не пригодным для жилья. Стены вросли в землю, крыша над входом просела, деревянные ставенки сгнили. Пятна мха и лишайников покрывали его сверху донизу. Но магия не давала ему рассыпаться окончательно, и он был намного крепче, чем казался. Старый дом Видящей, сохранившийся от тех времен, когда эльфы только начали возводить поместье-столицу. Именно здесь она когда-то жила до того дня, когда возвели часовню. Настала пора припасть к истокам.
С двумя тяжелыми котомками, цеплявшимися за всё подряд, пробираться через кусты было трудно, и женщина остановилась, тяжело переводя дух. В тот же миг чья-то рука вынырнула из-за плеча и заботливо приоткрыла перед нею двери.
Обернувшись, Видящая наткнулась на спокойный взгляд ярко-зелёных прищуренных глаз.
- Ты? Почему ты отправился за мной?
- Мне так захотелось, - улыбнулся Охтайр. – Нельзя?
- Я бы хотела тебе запретить, - вздохнула женщина, - но, думаю, ты всё равно не послушаешься.
- Правильно думаете. Я вам еще нужен. Как и вы – мне!
Зелёные глаза смотрели зло и весело. Со вздохом кивнув головой, Видящая проскользнула в заботливо приоткрытую дверь и скрылась внутри.
- Возвращайся к своим обязанностям, денщик, - послышался изнутри спокойный голос. – Я потом тебя позову…
- Как скажете, наставница!
Её еще никто так не называл. Удивлённая, волшебница выглянула наружу и встретила наглую улыбку на скуластом смуглом лице:
- Как ты меня назвал?
- Наставница, - улыбка стала ещё шире. – Вы ведь будете моей наставницей и станете учить магии?
- Тебя, - она пошире открыла дверь, но только для того, чтобы окинуть денщика пристальным взглядом с ног до головы. – Мужчину? Высокому искусству, доступному лишь женщинам?
- Меня, - кивнул он. – Мужчину.
- Но почему? Назови хотя бы одну причину!
- Вы её знаете, - зелёные глаза смеялись, но голос был злым. – Это месть!
- Хорошо, - помолчав, произнесла Видящая. – Сможешь приходить сюда раз в три дня на закате?
Он кивнул.
- Тогда жду через три дня… ученик!
Дверь закрылась. Улыбка Охтайра стала ещё шире.
Проводив, наконец, Видящую до ворот и вместе со всеми постояв там немного для приличия, Рави со всех ног устремился к себе. Наследнику необходимо было побыть одному, но, уже переступив порог комнаты, он увидел, что его ждет Дехтирель.
Она сидела в кресле у окна, и, едва Рави показался в дверях, вскочила и со всех ног бросилась навстречу:
- Ты должен мне помочь!
- Сестренка! – наследник Наместника подхватил девушку в объятия. – Ты что тут делаешь? Разве ты не знаешь…
- Знаю, - пылко ответила она. – Но я больше не могу!
Он торопливо оглянулся на двери – не видел ли кто! – и поспешил захлопнуть их. Девушка сразу успокоилась.
- Ты должен мне помочь, - заявила Дехтирель.
- Что случилось?
Молодая волшебница замялась. Сказать прямо? Но поверит ли ей брат? Ведь придется открыть всю тайну, этого ей не хотелось. Подлог – это одно. А вот убийство волшебницы – совсем другое.
- Есть кое-кто, кто мешает мне жить, - осторожно промолвила она.
- «Кое-кто»?
Девушка кивнула.
- Он тебя шантажирует?
- Нет, - Дехтирель нашла в себе силы рассмеяться. – Пока нет… Но он преследует меня! Не дает прохода. Ему наплевать на то, что я – Видящая и не должна отвечать на его чувства.
- А я его знаю?
Мягкий голос принадлежал Охтайру. Денщик неслышно переступил порог и прикрыл за собой дверь.
- Как его зовут? – поинтересовался Рави. – У него есть имя?
- Может быть, это я?
Дехтирель в упор посмотрела на нахального денщика и досадливо поджала губы, отворачиваясь.
Зеленые глаза рассмеялись, но выражение скуластого породистого лица оставалось суровым и даже скучным.
- Может быть, мне уйти?
Голос его чуть дрогнул, и Дехтирель внезапно ясно вспомнила тот поцелуй во мраке. И все то, что она ощутила при этом. Личный Преданный брата пугал молодую волшебницу – и привлекал, как привлекает все тайное и загадочное.
- От Охтайра у меня нет секретов, - быстро сказал Рави, сам того не подозревая, бросив камень на нужную чашу весов. – Ты знаешь его имя?
- Лаэмир, - порывшись в памяти, выдала она.
- Лаэмир из Дома Линнестара? Тот самый новичок, который вчера в схватке принес победу нашей сборной? – припомнил брат.
- Да. Он потом еще вручил мне этот венец… Я не могла его не принять – таков обычай! И мне пришлось надеть его вечером на пир, - на самом деле ей было очень приятно получить его, но опередить соперницу – это одно, а получить подарок от того, кто ей безразличен – совсем другое…- начать было трудно, но потом слова полились сами, сплошным потоком. - А этот Лаэмир возомнил уже, что, взяв венец, я взамен отдала ему сердце! И сегодня днем, когда мы…ну, провожали ту волшебницу… бывшую Хозяйку, он улучил минуту и подошел ко мне. Я шла последней – как-никак, она была моей предшественницей, я понимала, что ей тяжело видеть меня рядом в такой час и нарочно старалась держаться подальше… Я щадила чувства прежней Хозяйки, а он… он воспользовался этим и стал предлагать мне такое…