Спасенный эльф все еще давился каждым вздохом, сотрясаясь в мучительном, терзающем его горло и грудь, кашле, хватая воздух разинутым ртом со стонами и всхлипами. От каждого вздоха его тело дергалось в судорогах, так что мастеру Боару пришлось навалиться на него, удерживая на месте.
- Ну-ну, тихо! – промолвил он. – Успокойся! Все хорошо! Все в порядке… Ты на этом свете.
Эльф со свистом и стоном в последний раз втянул в себя воздух, задышал ровнее, но судороги все еще слабыми волнами прокатывались по его телу.
- Вот так! Все отлично! – мастер Боар отстранился. – Ты живой, а это главное. Мы тебя спасли…
Он осекся, когда их взгляды случайно встретились. Пустой и бессмысленный, как у новорожденного младенца, взор спасенного эльфа, не выражал ничего. Скользнув по лицу актера, он пополз дальше – по внутренним стенкам крытого фургона, по сложенным вещам, по собравшимся вокруг него актерам, не задерживаясь ни на чем. Раэна, на коленях которой все покоилась его голова, попыталась окликнуть юношу, но тот ее не услышал. Он то ли не видел ничего, то ли не понимал, где находится и что с ним.
- Что с ним? – потребовал ответа мастер Боар у фокусника.
- Не знаю, - тот провел ладонью перед лицом незнакомца, потормошил его. – Он не слепой, но… такое впечатление, что он ничего не замечает!
- Ничего страшного, - попытался утешить больше Даррена, чем остальных, мастер Неар. – Он очнулся, а это самое главное. Придет время – он опомнится и сам все про себя расскажет.
Слова менестреля всех успокоили. Мужчины выбрались из фургона, матушка Ханирель снова взялась за вожжи, и артисты тронулись в путь, оставляя позади поместье-столицу.
Хозяйка была не единственной Видящей в поместье-столице. У леди Миритирель была собственная волшебница, которую она привезла с собой, когда вышла замуж и переехала жить к супругу. Тихая, скромная, незаметная, она занималась исключительно делами этой семьи, лишь иногда помогая Хозяйке в особо сложных обрядах. Они вместе, например, прежде весной проводили обряд Пробуждения Природы – и лишь в этом году вместо постоянной помощницы старая волшебница решила взять и испытать силы молодой Дехтирель.
Видящая леди Миритирель прекрасно знала, что происходит в поместье-столице – слуги ходят везде, они многое слышат и, хотя редко болтают, все же некоторые новости разносятся именно ими. Она знала про отставку старой Хозяйки. Про назначение новой, про загадочное исчезновение одного из Преданных, но ни во что не вмешивалась, считая, что это ее не касается.
Волшебница тихо жила в небольшой пристройке возле часовенки в парке, построенной любящим супругом исключительно по прихоти леди Миритирель. Она почти не покидала своего обиталища, лишь иногда посещая замок или приходя в большую часовню вместе со всеми. В свободное время женщина любила копаться в своем маленьком садике, ни с кем не общалась, и требовательный стук в окно, разбудивший ее среди ночи, заставил Видящую сильно испугаться. Она вслепую зашарила под подушкой, ища обереги.
Стук повторился. Кто-то решительно колотил кулаком в дверь ее домика.
- Кто там? – женщина выпрямилась на постели, одной рукой натягивая до носа одеяло, а другой крепко сжимая амулет.
- Госпожа, нужна ваша помощь! – послышался незнакомый мужской голос.
- А что случилось?
- У меня очень мало времени. Прошу, одевайтесь и следуйте за мной!
- Леди Миритирель? С нею все в порядке? – забеспокоилась волшебница.
- Да. Но поторопитесь! Дорога каждая минута!
Выбравшись из постели, Видящая начала собираться. Незваный гость не просил впустить его внутрь, но время от времени красноречиво стучал кулаком в двери, прося поторопиться.
- Я не знаю, что мне нужно брать с собой, - после очередного намека отозвалась волшебница. – Мне могут понадобиться амулеты и…
- Там все есть! Живее! – донесся ответ.
Набросив на плечи плащ – весною ночи еще прохладные, несмотря на то, что днем солнце уже иногда припекает по-летнему, - Видящая вышла из домика, и незнакомый мужчина тут же крепко схватил ее за запястье, потянув за собой.
- Куда мы идем?
- Тут недалеко.
Он оказался прав, но волшебница все равно задохнулась от быстрого бега и изумления, когда оказалось, что они пришли к главной часовне поместья-столицы.
Внутри было темно, пусто и холодно. Шаги гулко отдавались под сводами, камены стены давили, словно крышка гроба. Тьму кое-как разгоняла только единственная свеча на алтаре. Подле него, вне светло-желтого пятна, стояли две фигуры – высокий плечистый мужчина и женщина в длинном плаще с капюшоном. Любопытство заставило волшебницу повнимательнее присмотреться к ним, но ее тут же словно ударили чем-то тяжелым в грудь – на незнакомке был отводящий глаза амулет, прячущий под магической вуалью черты лица его владелицы.