– И где ты её здесь найдешь? Кстати, а где это мы?
– Ищите да обрящете, – назидательно отозвалась я. – По дороге расскажу.
И, спрятав ладони в рукавах куртки, первой побрела на поиски подходящего дома, то спотыкаясь о скрытые снегом препятствия, то с беспокойством поглядывая через плечо на Яшку. Это я хорошо экипирована, мне в костюме дейте в любую погоду хорошо, а приятель в носках и драной грязной футболке далеко не уйдёт... Свитер он, разумеется, где-то посеял, что неудивительно, а обувь забыл в моей квартире, что тоже неудивительно.
В общем... Может, в опустевших домах подходящее шмотьё сыщется? Некрасиво, конечно, а что делать... Да и мародёрский опыт у меня имеется. Не мой, правда, а Райта, который без зазрения совести копошился в чужих пожитках...
– Кась, а ты ничего странного не замечаешь? – Яшка, сжавшись в комок и пытаясь в столь неудобном положении закурить, напряжённо озирался по сторонам.
– Ты о снеге? – уточнила я, остановившись напротив уцелевшего дома и в сомнении его изучая.
– И не только... Твою мать, а, зажигалка подыхает...
– Что-то есть, – осторожно согласилась я, – но что – не знаю. А гадать не буду.
– Страшно? – криво улыбнулся он.
– Очень... – я, нерешительно потоптавшись на пороге двухэтажного дома, выстроенного из тёмно-красного мрамора, взялась за медную дверную ручку и потянула её на себя.
– Может, пойдем отсюда? – предложил Яшка.
– Куда? – резонно возразила я, сражаясь с тяжёлой дверью. – В такую метель? На себя давно сморел?
– И почему ты всегда права? – буркнул он и, отодвинув меня в сторону, рывком распахнул дверь.
Противно скрипнули дверные петли, и в лицо ударил тёплый затхлый воздух пыльного помещения. И вот почему ещё я выбрала именно этот дом – стёкла целые. Самое оно, чтобы переждать погодный катаклизм. Яшка, подпихнув меня вперёд, быстро зашёл следом и захлопнул дверь, на всякий случай, заперев дом на ветхий засов. Правда, от того, кого я боюсь, нас ничто не спасет... но хоть ветер не потревожит, распахивая дверь.
– Здесь что, никого нет, кроме нас? – приятель, потирая руки, удивлённо поднял брови.
– Как видишь, – я стряхнула с одежды и волос снег.
Естественно, меня здесь ничего не удивляло. Ни пустая комната с отсутствием мебели и прочих предметов быта, ни толстый слой пыли на полу и широких подоконниках. Скорее, наоборот, я бы удивилась, если бы нам навстречу поднялась со своего кресла хозяйка дома и пригласила обогреться у тёплой печки... А вместо печки на нас угрюмо косился холодный камин с едва заметными под коркой золы и пепла огарками дров. И то хорошо, на полчаса тепла хватит, если удастся развести огонь...
Я посмотрела на приятеля, который так и стоял у порога, удивлённо глазея на высокий потолок, украшенный поблёкшими фресками и лепниной в пыльной паутине.
– Яш, мы не в музее находимся, – намекнула я.
– А?.. Чего?.. – очнулся он. – А где?
– Обещала же, что расскажу, – напомнила я. – А пока – будь другом, сбегай наверх, поищи бумагу и дрова.
Ну а вдруг...
– Ладно, – покладисто согласился он и, на ходу потирая плечи, устремился по широкой витой лестнице на второй этаж, поднимая тучи пыли.
Чихнув, я поспешно отступила к камину и предупредила:
– Ты там поосторожнее, слышишь?
– Ага, – донеслось сверху.
Ну-ну...
Я присела на корточки у камина и принялась огрызки дров. Жаль, Райлит нет рядом, интересно бы узнать, кто здесь раньше жил... Я с горем пополам выковыряла из окаменевшей золы одну обгоревшую доску и разворошила ею остальные. Сама-то ничего уже никогда ничего не вспомню и не узнаю, а спросить больше не у кого. Не Яшку же донимать глупыми вопросами... Я аккуратно сгребла золу в кучу у дальней стенки камина. Кстати, а почему бы не спросить? Вдруг он что-нибудь вспомнит? Местный житель как-никак.
Сверху донёсся грохот. Я от неожиданности дёрнулась и стукнулась макушкой о прокопченный каминный козырёк. Поморщилась, потёрла обиженное место и осторожно попятилась, выбираясь на свободное пространство. Грохот повторился.
Я села на пятки, выпрямилась, убирая упавшую на лоб длинную чёлку, и громко поинтересовалась:
– Яш, ты там живой?