– Да вроде, – опасливо отозвался он из-за моей спины.
Я стремительно обернулась. Оказывается, он стоял рядом, а что шумело наверху... Я нахмурилась. Яшка вопросительно поднял брови и развел руками: мол, знать ничего не знаю. Я покачала головой и встала.
– Пойду схожу на разведку, – и вынула из ножен клинок.
– Не ходи. Нет там ничего, – недовольно фыркнул приятель. – Три большие и пустые комнаты – и только. Крыша шалит, наверное... Слышишь, какой на улице ветер?
Я посмотрела на потолок, прислушалась к вою ветра, подумала и согласно кивнула, опустив клинок.
– И бумагу я там тоже, как ты понимаешь, не нашёл, – добавил Яшка.
Жаль, что совсем комнаты пустые. Есть и пить хочется, и хоть бы кружку или тарелку найти да за снегом выйти... Хотя нет, не стоит, наверное. Кто знает, какого этот снег происхождения...
Я вновь подняла оружие и повернулась к камину:
– Ладно, нет бумаги, так лучины наскребём...
– Только без меня, – он в сомнении посмотрел на острое лезвие цвета лунного серебра. – Мне пока ещё нужны все части моего тела... Кстати, ты так и не сказала, куда делись жители города.
– А ты и не спрашивал, – хмыкнула я, растерянно вертя в руках обгорелый деревянный брусок.
– Ладно, давай сюда свою пилу, дровосек, – Яшка отобрал у меня и клинок, и брусок. – Лампочку ввернуть не может и поесть приготовить, а всё на подвиги тянет...
– Подумаешь, – обиделась я. – Нашёл, с чем сравнивать...
– А что, не так? – он ухмыльнулся, склонившись над бревном.
Я не нашлась с ответом. И, надувшись, села на пол, поджав ноги, и сердито засопела.
– Ладно, Ась, ну расскажи уже про город, – после паузы миролюбиво предложил Яшка.
Закончив обдирать бревно, он щёлкнула зажигалкой, сноровисто разжёг огонь и по-турецки уселся рядом со мной, вернув клинок. А я решила, что на правду не обижаются. И под треск пылающих дров, под скрежет входной двери, под тоскливое завывание ветра поведала ему о создании Дхаас-датея, о двух враждующих расах высших магов, о страшной битве, которая разрушила полгорода. И о том, как разошлись пути-дороги хартов и дейте, когда первые потеряли способность помнить, а вторые ушли строить свой город в небесах.
– И оказалось, что Дхаас-датей больше никому не нужен, – подытожила я, привычно протирая клинок лоскутком мягкой ткани, – ни обычным людям, ни хартам. А дейте решили, что среди облаков, подальше от земли, жить безопаснее.
Яшка, потирая небритый подбородок, молчал, задумчиво глядя на огонь. Я в последний раз провела лоскутком по блестящему лезвию и вернула клинок в ножны.
– И как это так делаешь?.. – с тенью зависти пробормотал он.
– Тренировки, дружище, долгие и упорные тренировки, – пояснила я, пряча лоскуток в карман.
– А откуда у тебя мечи?
– Военная тайна.
– Зануда, – вынес вердикт приятель.
– На себя давно смотрел? – не осталась в долгу я. – Как говорила одна моя знакомая, есть такие тайны, которые лучше оставить нераскрытыми, ясно?
– Да и чёрт с ними, – пожал плечами Яшка. – Кстати, Ась, ты уверена, что мы здесь одни?
– Абсолютно, – подтвердила я. – Старый город давным-давно вымер и опустел, а местные жители слишком боятся проклятий дейте, чтобы заходить сюда. Да и нечего тут делать.
– Странно, – протянул мой спутник. – А мне кажется, я слышу шаги...
Я замерла, настороженно прислушиваясь. Да нет, это просто вьюга скребётся в двери и стучится в окна... Я с подозрением покосилась на приятеля, но на меня в упор смотрели кристально честные голубые глаза. Слишком – слишком уж – честные.
– Тьфу на тебя, – снова обиделась я. – Нашёл время шутить...
– Какие шутки, Кась! – весело возмутился он. – Я же говорю, показалось!
– Когда кажется, креститься надо, – проворчала я и, отвернувшись от него, уставилась на догорающий огонь.
– Вот, опять, вроде бы...
– А держи свои глюки при себе, ладно? – задёргалась я. – У меня и так нервы на переделе! Магистр Шалейна про пятерых всадников говорила, а нам встретились только четверо. Понял?
– Вот-вот должен появиться последний? – разом посерьёзнев, сообразил Яшка.
– Угу.