Ничего подобного. Меня так назвали, чтобы не ломать долго голову над именем... и чтобы скрыть смерть младшей дочери вождя. Чтобы никто из смертных не сообразил, насколько мы беззащитны в детстве, пока учимся вспоминать и владеть силой Слова.
– А-а-а! – девочка улыбнулась. – Тогда ладно!
– Самого главного ты добилась, не так ли? – тихо спросила женщина.
Я вздохнула и твёрдо посмотрела в её глаза:
– Самое главное – твоя поддержка... мама.
Тень долго и задумчиво всматривалась в моё лицо, а я молча раскрывала перед ней душу, рассказывая о своих бедах и горестях, мечтах и стремлениях, удачах и достижениях. Безумно хотелось, чтобы она меня поддержала, чтобы она мною гордилась, пусть я и натворила такого, чем гордиться нельзя даже мне самой, чтобы... она снова назвала меня дочкой.
Прочитав в моих глазах молчаливую просьбу, мама улыбнулась, подошла ко мне и поцеловала в лоб:
– Да будет так, дочь... Живи и зовись Райлит, дарую тебе имя, силу его и защиту его. И никто, кроме тебя, на земле вечной таковое имя не обретёт, пока жива ты.
И, обняв меня, она отступила и строго посмотрела на маленькую Райлит. Та, приняв важный вид, послушно, слово в слово повторила традиционную фразу и подёргала меня за руку. Я присела и заслужила второй ритуальный поцелуй. И мимо нас хороводом теней пронеслись Хранители. Каждый касался моего левого плеча, произносил нужные слова и, поворачиваясь, уходил по лунной тропе обратно, в своё неизвестное никуда.
Я проводила взглядом последнего Хранителя и с сожалением посмотрела на тени своей семьи. Мама, взяв за руку малышку, тоже направилась к тропе. У её подножия она остановилась и оглянулась.
– Храни свет и тепло в своём сердце, дочь. Храни, и удача никогда тебя не оставит, – мягко сказала мама. – Я понимаю отчаянность твоего шага. Сбереги миры, Райлит. Сбереги их. И себя.
– Даю Слово, – хрипло ответила я.
Мама кивнула и улыбнулась напоследок:
– Мне нравится твой новый облик.
И они ушли, растворились в сумраке столетий, сливаясь с лунной тропой. И Создатель знает, сколько я стояла, с болью глядя им вслед, пока не растаяла призрачная тропа. Вот и познакомились...
Горько улыбнувшись, я побрела к лестнице.
Пора продолжать охоту.
Глава 11
– Вы говорили, что я чёрствая!
– Почему? Мягкая!
– Бессердечная!
– Сердечная!
– Сухая!
– Мокрая!
К/ф «Служебный роман»
Кассандра
Появившаяся из ниоткуда тень заслонила солнце, и я, привычно выхватив клинки, стремительно обернулась.
Кто на этот раз?..
Чёрт, проклятый рефлекс, и зачем мне Райлит его привила, если я не умею обращаться с оружием так, как она? Мои руки беспомощно опустились. Я не умею драться с самумами или как там ещё называются песчаные бури...
Одним словом, на нас стремительно надвигалась гигантская стена песка. Как в фильме «Мумия», ей-богу... Кажется, песок вот-вот сложится в страшную рожу, издаст дикий вопль и погонится за нами, чтобы проглотить...
– Касси!.. – Яшка с такой силой вцепился в мои плечи, что ожидаемый дикий вопль издала я сама, правда, приятель его проигнорировал. – Смотри! Что делать будем?..
– Отцепись, изверг, мне же больно! – дёрнулась я. – Не знаю, Яш...
– Опять «не знаю», – сварливо заворчал он. – Что ты вообще знаешь, путешественница недоделанная? А ты не врёшь про путешествия? А то с трудом верится...
Горячий порыв ветра ударил в лицо, едва не сбив нас с ног. Мы с Яшкой одновременно ухватились друг за друга в поисках опоры. Песок заходил ходуном, то выскальзывая из-под ног, то заплетаясь вокруг крошечными вихрями, забиваясь в нос и глаза, больно царапая незащищенные одеждой участки тела.
Я уткнулась носом в Яшкино плечо, а он напряжённо обнял меня в ответ, словно стараясь защитить от того, от чего не знал, как защитить самого себя. Но всё равно – спасибо ему огромное...
– А проклясть его никак нельзя? – проорал приятель, перекрикивая рёв бури.
– Никак! – громко отозвалась я.
– Точно?