Она тихо заскулила. Наверное, это единственная тень Судьбы, которая почему-то не может менять обличья. А ещё она самая безобидная из них. Проходящая – вечная незримая спутница живых, которая наблюдает за событиями, не вмешиваясь. А её имя по Летописям не Найла, а Эррита. Впрочем, меня тоже не Райлит следует называть, а все тени Судьбы имеют не только массу обликов, но и массу имён, из которых есть лишь два «настоящих»: имя силы и последнее имя при жизни человеком. Или щенком, в зависимости от ситуации.
Найла подняла на меня несчастные глаза. Я ободряюще улыбнулась. Где же безликие прячут нить Клубка судьбы? Если бы мы обе это знали, многих забот бы избежали... Взяв свою спутницу на руки, я первым делом взъерошила её густую шесть в поисках пропавших нитей и, не обнаружив их, мрачно нахмурилась. Найла испуганно сжалась в комок и затихла, боясь шевельнутся.
– Тсс... – я обняла щенка. – Не бойся. Убивать не буду.
Найла что-то недоверчиво проворчала. Я пожала плечами: мол, не веришь – не надо, и оглянулась на детей мрака, что дружным строем маячили за моей спиной, ожидая либо приказаний, либо разрешения уйти. И в тёмной ладони одного из них сиял клубок из нитей судьбы. Хвала памяти, нашёлся.
Я протянула руку, требуя отдать искомое, когда существо отрицательно покачало головой и хрипло выдохнуло:
– Отпусти... нас... хозяйка... – слова давались ему с трудом. – Отпусти... Мы... не... нужны... тебе... больше...
– Неужели? – хмыкнула я. – Может, попробуешь сам уйти, раз такой смелый?
Вожак опустил голову и, запинаясь, глухо прошептал:
– Не... можем... ты... знаешь... Отпусти... тут... тяжело... Нам… трудно... больно...
Да, атмосфера здесь особая, отличая от семи миров. И питаться магией долины – себе дороже, столько в ней намешано чужеродной и несовместимой со знакомым волшебством силы.
– Сначала отдай нити, – холодно велела я, – а там посмотрим.
Дитя ночи робко приблизилось, стараясь не попадать в полосу солнечного света, и швырнуло к моим ногам нити. Все, кроме одной. Какой предусмотрительный.
– От...пу...ссссти...
– А куда вы пойдёте? – поинтересовалась я. – Из долины вам путь отрезан.
Создание молчало, лишь в его глазах пульсировали серебристые звёзды. Нить, однако же, не отдавал. Ладно. Не хочешь по-хорошему...
– Договорились, – я спрятала нити в тот карман, где хранились часы Вечности, и протянула правую руку, – я вас отпущу. Но прежде – нить. Ну же? Я жду.
– Твое... Слово... дейте...
Поразительная догадливость. Правда, они не в курсе, что теперь я дейте только наполовину.
– Обещаю. Даю Слово.
Существо кинуло мне нить. Поймав тонкую паутинку левой рукой, я спрятала свою добычу в карман, извиняюще улыбнулась и без предупреждения ударила по ночному воинству светом. Перчатка на правой руке вспыхнула, излучая губительное сияние. Мгновение – и от толпы существ остались лишь следы на снегу да бессильно взвывший порыв ледяного ветра.
Я сжала ладонь в кулак, гася сияние. Я обещала их отпустить – и Слово своё сдержала. Иного пути для них из долины нет, а ночь здесь задержится до тех пор, пока я не произнесу Слова проклятья третьего звена. А после их не стало бы и без меня, если бы прежде магия долины не уничтожила. Или, не приведи память, не переродила в нечто более опасное.
Найла встревожено тявкнула, привлекая моё внимание. Прищурившись, я проследила за её взглядом. Конечно же, последняя тень Судьбы, Разрушающая круг жизни, самолично явилась поговорить. И – поговорить ли?
Я задумчиво посомтрела невысокую, тонкую и светлую фигурку, скользящую над заснеженной землей – подозрительно знакомый длинный плащ, натянутый на глаза капюшон и выбивающиеся из-под него тёмные локоны. Похоже, не только Харита питала слабость к чужой внешности и любила прикидываться отражением своего собеседника. Схарриту это тоже привлекало.
Найла беспокойно заворочалась и громко засопела.
– Вижу-вижу, – тихо отозвалась я. – Вижу. Последняя тень.
Найла подняла на меня глаза, в которых отражалась... просьба? Совет? Предупреждение? Что-то ещё, чего я не понимала?
– О чём ты хочешь мне сказать? – уточнила я. – О Схаррите?
Она отрицательно замотала головой.
– О... тебе? – предположила я.