Сергей Георгиевич ушел через полчаса, предупредив, что приедет на следующей неделе, чтобы сопроводить её в Павловск и передать ключи. Адалина снова поблагодарила его и, когда за ним закрылась дверь, побежала наверх, чтобы умыть раскрасневшееся лицо.
Жанна последовала за ней.
— Уму непостижимо! Ада!
Адалина качнула головой и с улыбкой пожала плечами. Склонилась над медным тазом и полила на себя из ковша.
— Да, не могу с тобой не согласиться, — сказала она, зажмурившись на секунду.
— Ты ведь будешь приглашать меня?
— Что за вопросы! Конечно! Будешь самым желанным гостем в моём доме, — Адалина вытерла лицо и улыбнулась. На мгновение она позволила себе немного помечтать. — У меня будет своя лаборатория… И, может быть, библиотека…
— Всё, что ты пожелаешь. Я очень рада за тебя. Но…
Адалина отложила в сторону полотенце, заприметила на тумбе забытый утром флакон с зельем, схватила его, чтобы, не дай бог, не увидела Катерина, и повела Жанну из умывальни.
— Что «но»?
— Но тебе наверняка будет одиноко, — с грустью в голосе сказала Жанна.
Адалина засмеялась.
— Я, может быть, хочу этого одиночества. Мне нужно подумать. Нужно осознать, куда меня привела жизнь и что теперь делать. И возможно, когда я услышу свои мысли, то всё пойму.
Жанна понимающе кивнула. Ей, как никому, было известно, что именно Адалина испытывала, пока находилась в стенах родового особняка. Она протянула руку и погладила племянницу по спине, а потом спросила:
— Ты сейчас будешь занята?
Та качнула головой и ответила:
— Хочу прогуляться до библиотеки.
— Хорошо. Вечером я к тебе зайду.
Девушки улыбнулись друг другу на прощание и разошлись. Адалина сменила платье, привела себя в надлежащий вид и в сопровождении служанки покинула дом.
Библиотека располагалась в самом сердце Васильевского острова на Среднем проспекте, и была зажата между булочной и ателье. Адалина удовлетворенно посмотрела на величественное здание построенное в стиле северного модерна и украшенного у основания изысканным барельефом в виде книг и перьев для письма.
Внутри явно пахло деревом и пылью. Девушка осмотрелась вокруг, ощущая, как всё внутри колышется от прилива позабытых чувств. Это тихое и спокойное место она любила всем сердцем и душой. Здесь Адалина была готова потерять себя среди тысяч страниц, чтобы затем взять от них всё самое ценное.
Она прошла вглубь библиотеки. Шаги эхом отдавались в большом помещении с высокими потолками, напоминая о том, как много времени Адалина проводила в этом месте в юности.
Вскоре к ней подошла пожилая колдунья, работавшая здесь с незапамятных времен, и предложила помощь. Девушка попросила отыскать для неё травник и несколько пособий по применению ядовитых растений. Та за считанные минуты справилась с задачей и оставила Адалину и её служанку.
Они прошли дальше, к длинному дубовому столу, на который косыми лучами падал свет через люкарны в потолке. Адалина начала листать страницы и вдруг вздрогнула. Память услужливо подкинула ей воспоминание, от которого по коже побежали мурашки. То же место, та же атмосфера и запах… Нужно только поднять взгляд, чтобы увидеть Жака, сидящего напротив.
Адалина вскинула голову и уставилась на переполненные книгами стеллажи. Никакого Жака не было. Он существовал только в её воспоминаниях и был в них таким реальным, что хотелось разрыдаться. Девушка не помнила, когда именно она переступила черту допустимого и позволила ему стать частью её мира, но она точно помнила тот момент, который перевернул вверх дном всю её жизнь.
Жаркий июльский день 1860 года не располагал к прогулке из-за духоты. Дома находиться было невыносимо, поэтому Адалина решила посетить библиотеку и подробнее изучить интересующую её в последнее время тему. Семейное проклятие не давало ей душевного покоя. Она решила, что должна с ним разобраться и верила в то, что сможет его снять. После глубокого изучения раздела черной магии, Адалина наметила себе план действий и тяжело вздохнула. Всё оказалось намного сложнее, чем ей казалось.