Я не мог так рано делать поспешные выводы.
Попытался представить усталого подростка напротив меня, только не такого спокойного, а… Хихикающего и сумасшедшего, который разорвал Астаза на части. Но не получилось.
Было гораздо легче представить на этом месте именно «первого» с его непредсказуемой яростью, чем этого скромного мальчика, ковыряющегося в ланче. С другой стороны, я также не мог представить, что это «третий».
Возможно, это был «провал» или «неполноценность» моего собственного воображения, а возможно, это был кто-то другой.
Но пока я должен понимать и думать, что это может быть кто угодно. А сейчас — собрать как можно больше информации.
— Вы когда-нибудь интересовались политикой? Особенностями? Быть Арном заставляло вас хотеть большего от собственной жизни?
Это был крайне неловкий вопрос, но мне нужно было как-то нарушить более неловкое молчание.
— На самом деле я всегда хотел быть художником, — сказал «пятый» тихо, почти неохотно, — Я не думаю, что, услышав о том, каким великим был «настоящий» Арн, я сильно изменился. На самом деле это было немного пугающим для меня… Такое имя, и я его ношу… И понял для себя одну вещь.
И замолк.
— Что понял?
— Что это не имело никакого значения для меня. Что я не собираюсь быть Господином, что мне не нужно беспокоиться о том, чтобы попытаться соответствовать чьему-то далекому прошлому. Что я могу преуспеть, будучи быть просто собой.
— То есть, никак не повлияло?
— Ну, только если немного…
«Что с ним? Он будто боится сказать что-то лишнее».
Он неловко взглянул на мать, которая, казалось, ничего и не заметила.
— Не могли бы вы пройтись со мной? — спросил я, откладывая вилку, догадываясь, в ком проблема.
— Да, конечно, — ответил он, поворачиваясь к матери, — Мы вернемся чуть позже.
— Хорошо, — ответила она, улыбнувшись.
Глава 18
Путь
Больше никому ничего не сказав, я последовал за Арном на улицу.
Он инстинктивно увеличил свою силу, как только мы вышли из его дома, вокруг него засветилось желтое свечение, когда он приподнялся на несколько дюймов над землей.
— Куда ты хотел пойти?
— Конкретно, никуда. Я просто хотел поговорить с тобой наедине. Я понимаю, что это может стать немного личным, и я не хотел, чтобы ты чувствовал себя неловко из-за того, что твоя семья подслушивает.
Он пожал плечами, опускаясь немного ниже.
— Они знают, что я предпочел бы делать. Это не секрет для них.
— Мне очень жаль. Что бы ни случилось с твоим отцом, я знаю, каково это. Когда все меняется без предупреждения, и ты просто должен продолжать идти, даже если это будет самое трудное, что ты когда-либо делал.
— Нет, не надо жалости, — отрезал он, — Ты ничего не знаешь.
Затем он отвел взгляд, и замолчал.
— Что ты собирался сказать раньше? Когда я спросил о влиянии имени Арн, мне показалось, что ты думал о чем-то другом, а не о «господине».
— Тебе игра в мар что-нибудь говорит? Хотел бы играть?
— Ничего, — пробормотал он, по-прежнему не глядя на меня.
«Попал! Вот удача… Он связан с тем игроком? Это он его отец?»
— Правда? Делать то, что хочется, и получает все, что можно пожелать?
— Нет, конечно, нет. Я знаю, как трудно дается эта игра.
Он поднялся еще выше, желтый свет под его ногами становился все ярче, и он пошел.
Мне пришлось поторопиться, чтобы не отставать от него.
— А откуда знаешь?
— Почему это важно?
— Ты как-то замешен с этой игрой?
Мы шли какое-то время, не разговаривая.
— Это был мой отец, ясно? — его слова, казалось, вспыхнули, окаймленные годами отчаяния, запертыми до сих пор, — Он был гением, и он мог сделать что угодно, и когда я пытался, это всегда выходило бесформенным мусором.
«Так… Стоп… Я попал, но невольностью? Его отец не тот Арн? Но он тоже играл?»
Он продолжил после короткой паузы.
— Я так старался и зашел так далеко… А теперь его нет, а я все еще недостаточно хорош, и все, что он построил, развалится, если я не смогу хоть что-то сделать… Я должен уберечь нас от голода и потери дома, а это слишком много для подростка…
Арн прервался, тяжело дыша от потока «боли» в его словах. А когда он опустился ниже, его желтый свет начал искриться.
Я хотел бы иметь хоть какое-то положение в семье… Богатство или связи, которые я мог бы использовать, чтобы помочь этой семье, но в тот момент я сам был… Халявщиком, по большей части.
Технически, в центре Канды у меня осталась небольшая сумма, если я вернусь, чтобы вернуться к своей прежней жизни. Но здесь все это не поможет. А так хочется…