Я покачал головой.
– Все мои ставки пока прекращены.
Последняя навлекла на меня адскую бессонницу.
– С тобой совсем не весело, – ответил Уилл, переключая свое внимание на остальную часть поля. – Хотя уверен, что найду кого-нибудь еще. Удачи, брат. Тебе она понадобится.
С этими словами он вприпрыжку отправился на поиски.
Несколько мгновений спустя Сиенна вернулась со своими стрелами, в ее взгляде читалась решимость.
– Не знаю, что это за приз, но точно знаю, что хочу его. Давай поговорим серьезно? У нас очень мало времени на то, чтобы ты научил меня всему, что знаешь о стрельбе из лука.
Я не хотел восхищаться ее привлекательностью, но это давалось с трудом. Поэтому я делал все возможное, чтобы довести ее навыки до совершенства. К тому времени, как Герцогиня протрубила в рог, сигнализируя о начале соревнований, наша тыква превратилась в пюре, а я?
Что ж, я не мог найти себе места от желания.
Я бы отгрыз себе руку, чтобы вырваться из этого ада.
Еще максимум час, напомнил я себе. Всего лишь мгновение за триста лет моего пребывания на этой земле. Мне нужно лишь продержаться, и пройдет целый день, прежде чем я буду вынужден снова взглянуть на нее.
Уйма времени, чтобы привести свои мысли в порядок.
Слуги и лакеи сновали по двору, убирая остатки поджаренной тыквы и устанавливая подходящие мишени с красным яблоком в центре. Толпа зрителей вошла и заняла свои места с Эдмундом в первом ряду; по бокам от него стояли его лакеи, включая Эн-врушку.
Я отвел взгляд и проявил особую осторожность, чтобы не поворачиваться к Сиенне, когда она заговорила.
– Я так нервничаю. Что, если я начну дрожать, поскользнусь и чуть не выпотрошу еще одного ворона?
– Ничего не случится.
– А что, если я забуду, чему ты меня учил, и все испорчу? – не отставала она, ее голос стал пронзительным от паники.
– Ничего не случится, – повторил я бесцветно. – Просто не забывай дышать и не сжимай лук слишком сильно.
Она не ответила, и я рискнул взглянуть на нее сверху вниз.
– Все будет хорошо.
Хватит, перестань врать этой девушке. Ничего не будет хорошо. Может, сегодня – да. Но в долгосрочной перспективе? Как ни крути, она все равно будет здесь пленницей.
Застрянет под телом другого мужчины.
На всю оставшуюся жизнь.
– Джентльмены, время для наставлений закончилось. Отойдите в сторону! – крикнула Герцогиня. – Дамы, выпускайте свою первую стрелу!
Я отошел от Сиенны, бесстрастно наблюдая за происходящим. По крайней мере, снаружи. Внутри я чувствовал себя так, как всегда представлял себе человека, наблюдающего за своей любимой спортивной командой. Как это глупо. Взрослые мужчины бегают кругами, гоняясь за мячом, как кучка детей-переростков.
Но вот я здесь, наблюдаю, как моя пленница прицеливается, затаив дыхание.
Вот так. У тебя получится…
Когда первая стрела попала в цель, мне потребовалось сделать огромное усилие над собой, чтобы не взвыть от триумфа. Не идеальный выстрел, но чертовски близко, всего в нескольких дюймах от яблочка.
Я огляделся и обнаружил, что был сделан еще лишь один точный выстрел. Как я и предсказывал, он был от протеже Уилла, Обри. Полдюжины других справлялись с разной степенью успеха, попадая в цель, но не близко к центру. А другие вообще промахивались.
– Номера пять, одиннадцать, четырнадцать и двадцать два, мы ценим ваши усилия, но вы выпадаете. Не стесняйтесь наслаждаться освежающими напитками и наблюдать за остальным соревнованием.
Раздался ропот разочарования со стороны женщин и некоторые подколки между мужчинами, когда команды, не прошедшие квалификацию, удалились с дистанции. Одна девушка разрыдалась.
И так продолжалось, поскольку каждая успешная команда отходила на десять шагов назад и стреляла снова. Каждый раз Сиенне удавалось попасть в цель. Когда осталось всего три команды, она повернулась и направилась ко мне.
– У меня сводит плечо. Что мне…
– Ай, ай, девочка. Никаких тренировок во время соревнований, – заявила Герцогиня, неодобрительно приподняв бровь.
Сиенна облизнула губы и кивнула.
– Простите, Ваша Светлость.
Я стоял как вкопанный, прижав руки к бокам, пока она шагала обратно к своей цели с искаженным болью лицом.
Я не мог ей помочь, и мне пришлось сделать вид, что меня это нисколько не беспокоит, что было легче сказать, чем сделать.
Она высоко подняла лук и приготовилась стрелять. Я видел напряжение и дрожь ее руки, когда она ждала сигнала к стрельбе.
– Пли!
Эта стрела летела низко и медленно, и я бормотал про себя молитву. Она попала, но едва-едва.
Я быстро осмотрел другие цели и вздохнул с облегчением.