– Номер девятнадцать, вы свободны. Номера шесть и восемь, поздравляю! Вы – наша последняя двойка! – объявила Герцогиня, когда толпа разразилась аплодисментами. – Каждая команда отойдет назад еще на десять шагов. У каждой из вас будет по одной последней стреле, чтобы сделать свой лучший выстрел. Одна из вас будет определена победительницей и станет предметом зависти всех в королевстве. Другая… не будет, – сказала она, подмигнув и пожав плечами.
Зрители посмеялись над ее маленькой шуткой, когда две последние участницы, Сиенна и Обри, приготовились стрелять.
– Последний шанс заключить пари, брат. Что скажешь? – спросил Уилл, его легкой усмешки и явного удовольствия от игр было почти достаточно, чтобы на мгновение успокоить мои нервы.
Но не совсем.
– По-прежнему нет. Тем не менее думаю, ты будешь рад, что я не обязал тебя.
– О-о-о, громкое заявление от человека, который не бросается словами, – парировал Уилл, потирая руки. – Неважно, я выиграл много монет у других. Просто одержать победу над великим Генералом Блэкторном будет достаточным для меня призом.
– Безусловно, – пробормотал я с легкой улыбкой, которая противоречила внутреннему смятению.
Каким бы ни был приз, я знал, что он сделает жизнь Сиенны здесь немного более сносной, по крайней мере на какое-то время. Но более того, ей нужна была победа, чтобы она обрела надежду и почувствовала себя сильной и способной, и меньше походила на…
Хватит.
Сиенна подняла свой лук, ее лицо исказилось от боли. Я видел, как мышца на ее плече дернулась, когда ее явно свело судорогой.
Дыши.
Время, казалось, замедлилось, когда она выпустила свою последнюю стрелу.
– Приготовьтесь… и… огонь!
Шум толпы стих, и я закрыл глаза, сосредоточившись на дыхании Сиенны… на звуке ее колотящегося сердца. Щелчке стрелы, когда она соскакивает с тетивы.
Мой пристальный взгляд не отрывался от ее лица, но я понял это еще до того, как острие попало в цель.
Она сделала это.
Победила.
С окружающих нас мест донеслись одобрительные возгласы, и я бросил взгляд на мишени.
Маленькая шалунья попала в яблочко.
Она победно вскинула руки в воздух, поморщившись, когда плечо запротестовало.
– Кажется, мы нашли победителя! – провозгласила Герцогиня с оживленным от волнения выражением лица. – Сиенна, подойди ко мне, чтобы получить свой приз!
Сиенна почти благоговейно положила свой лук на ближайший тюк сена, одарив меня благодарной улыбкой, прежде чем поспешить в центр двора, чтобы присоединиться к герцогине. Ее улыбка затмила звезды, и я не мог оторвать от нее взгляд.
– Поздравляю, брат! – крикнул Уилл, печальная улыбка тронула его губы. – Было так близко… – он двинулся ко мне, протягивая руку для рукопожатия, но мгновение спустя он исчез из поля моего зрения.
– Нет!
Его крик показался мне чем-то из сна, когда я последовал за звуком его голоса. Он стоял, вытянув руку, со стрелой в ладони. Потребовалось мгновение, чтобы осознать происходящее, и когда осознание пришло, я чуть не сошел с ума.
– Кто? – прорычал я, разворачиваясь, вытаскивая меч, и мои клыки обнажились. – Покажись мне.
– Все в порядке, Доминик, – пробормотал Уилл, морщась, когда выдергивал стрелу. – Я сам навлек ее на себя. Одна из женщин пыталась сбежать. Энтони увидел и принял меры. Я отреагировал инстинктивно.
Черная ярость, затуманившая мои глаза, не утихала по мере того, как я осматривал эту сцену. Молодая женщина с длинными светлыми волосами присела, застыв на месте, возле небольшого пролома в линии деревьев во внутреннем дворе. Она сжимала лук на боку, и ее щеки были призрачно-белыми.
Энтони стоял в двадцати ярдах от них, тоже с луком в руке, с вызовом вскинув голову.
– Девушка чуть не сбежала с оружием, и мы, вероятно, даже не поняли бы этого до наступления темноты. Мы обязаны не вредить во время игр, за исключением случаев самообороны или если они попытаются убежать. Я был вправе стрелять, – он бросил взгляд на Эдмунда и пожал плечами, его лицо было воплощением самой невинности. – У нас снова проблема, Доминик? Кажется, я оказал тебе услугу, поскольку безопасность – твоя компетенция, а не моя…
Во дворе было тихо, но кровь, шумевшая у меня в ушах, была подобна бурному потоку.
Думай, Доминик. Думай.
Я повернулся к Уиллу, который теперь придвинулся ко мне ближе, и подвел итоги. Его ранили, но с ним явно все в порядке. Рана затянется в мгновение ока. Судя по траектории полета стрелы и расположению девушки, казалось очевидным, что он не был намеченной целью.
И все же.