Квиклин начал читать фамилию за фамилией отмечая присутствующих. Когда список закончился, он злорадно улыбнулся и спросил:
— А где же Зарницын, Хитрова и Токотыркова? Может быть, они считают себя самыми умными и решили, что зелья им ни к чему?
— С ними, наверное, что-то случилось, — сказала Риона.
— И что же? — усмехнулся Квиклин. — Воспаление хитрости?
— Ну, зачем вы так? — возмутилась девушка.
— Мисс Фелинжер, вы что-то разговорились, — прищурился педагог. — Может стоит понизить рейтинг вашего факультета? Или загрузить всех большим домашним заданием? Как вы думаете?
— Я… я… — запнулась девушка.
— Я тоже думаю, что ваш рейтинг высоковат, надо бы понизить. Пожалуй, я сделаю соответствующую запись в реестре факультетов, — ухмыльнулся педагог и материализовал в руках большую амбарную книгу. Книга раскрылась, и перо, находившееся внутри, быстро забегало по странице, делая какую-то запись.
Риона тихо охнула и прикрыла рот ладонью, а Квиклин тем временем продолжил:
— Итак, для начала я хотел бы проверить уровень ваших знаний, — он взмахнул руками и на каждой парте появился рецепт зелья. Я даю вам полчаса на приготовление нужного отвара. Посмотрим, на что вы способны. Работать будете парами. Время пошло.
Студенты резво перебежали к месту для котла и один за другим начали читать заклинания призыва. Уже через минуту перед каждой парой подогревался котел, наполовину наполненный водой. Риона пробежала глазами по рецепту:
— Так, две меры тысячелистника, щепотка сбора шалфея и эвкалипта, три полураскрытых бутона васильков, пучок осоки, базилик, порошок сиреневого камня, четыре лепестка эдельвейса… помешать… подогреть… Фигня, ща сварганим!
— Мисс Фелинжер, вы не могли бы ВАРИТЬ зелье, молча? — сделал ей замечание профессор Партон, — или мне стоит понизить рейтинг еще раз?
Риона тут же захлопнула рот и вместе с Ником начала готовить снадобье. Через полчаса Квиклин начал обход студентов. Он подходил к каждой парочке и заглядывал в котел, время от времени комментируя увиденное.
Похвалил он, если так можно выразиться, только две пары. Их зелье потянуло бы на "Н", как сказал профессор Партон. Наконец, он дошел и до Рионы с Ником.
— Хм… — задумчиво наморщил лоб он. Зелье Рионы было идеальным, и придраться было не к чему. Фелинжер это знала и ждала похвалы. Однако профессор Партон ограничился лишь злорадной улыбкой и сквозь зубы процедил: — Надо же, как вам повезло, мисс Фелинжер! Видимо в вашей прежней школе вам с блеском удавалось именно это зелье. Только в Синиодусе уровень обучения чуть выше, так что придется еще поработать над техникой.
Он резко развернулся и направился к своему столу, даже не посмотрев на возмущенную Риону, которая уже открыла рот, чтобы что-то сказать.
— Не надо, — прошептал Ник. — Зелье идеально, он просто искал к чему придраться. Не захотел признавать своего поражения, он ведь рассчитывал, что завалятся все.
— Ладно, черт с ним! — решила Риона. — Все равно докажу, что я лучшая!
— Вот и правильно, — кивнул Ник, — пойдем лучше за парту. Все уже сели.
Друзья заняли свои места и выжидательно посмотрели на Квиклина.
— Что ж, — начал тот. — Ваш уровень мастерства оставляет желать лучшего. Ну, разве что мисс Фелинжер успешно справилась с задачей, но это всего лишь везение. — Риона скрипнула зубами от злости. Квиклин косо на нее посмотрел и продолжил: — Наша сегодняшняя тема — "Ягоды и их свойства. Применение в зельеварении". Но, так как вы меня разочаровали своими зельями, вернее, отравой, вы будете изучать эту тему самостоятельно. Напишите мне краткий пересказ этой темы на два стандартных пергамента. А сейчас мы займемся работой над ошибками.
Квиклин взмахнул руками, и на доске появились все рецепты, которые сегодня были использованы. Только сейчас Риона заметила, что им с Ником досталось самое сложное по составу и приготовлению зелье.
— Итак, я диктую правильную последовательность приготовления и наглядно показываю каждый пример, а вы все это записываете, обращая особое внимание на допущенные вами же ошибки, — сказал профессор Партон и пустился в объяснения.
Риона и Ник тяжело вздохнули, понимая, что писать придется до конца урока, причем быстро. Они взяли в руки гусиные перья, которые им выдали вместе с некоторыми другими школьными принадлежностями (у каждого в комнате на тумбочке лежал свой комплект) и принялись быстро записывать все, что говорил профессор Партон.