— Экие вы шустрые! — покачал головой Амадей. — Я не имею права добывать оттуда клад! Я должен известить о находке МВМД, они соберут группу магов, которые исследуют руины. Если они найдут там сокровища, то нам, по магическим меркам, полагается 20 % от всей суммы клада.
— Я предпочитаю деньгами! — заявил Руня.
— Нет, лучше артефактами! — сказала Хитрова.
— Нет, деньгами! — возразил Ринат.
— Артефактами! — упорствовала Света.
— Нафига нам артефакты, если сейчас денег нет?! — воскликнул Зарницын.
— А нафига нам деньги, если мы все равно на них артефакты купим? — не уступала Светка.
— А вы не рановато обрадовались? — скептически осведомилась Риона. — Знаете, как это называется? Делить шкуру неубитого медведя.
— Нуууу! — надулись те.
— А землетрясение-то закончилось! — неожиданно заметила Ольга.
— Еще бы! — хмыкнула Фелинжер, указывая на Ника, который обессилено лежал на земле.
— Пока мы тут сокровища делили, он обуздал стихию! — воскликнула Света.
— Молодец, парень! — восхитился Ринат.
— А кто-то сомневался в его способностях? — изогнула бровь Фелинжер.
— Да нет, ну просто… — смутилась Токотыркова.
— Вот и закрыли тему! — перебила ее Риона.
— Ладно, вы возвращайтесь на астрономию, все, кроме мистера Скалферсона, а я отнесу экскалибур в безопасное место, — сказал Амадей.
— Экскалибур??? — воскликнула Хитрова, игнорируя все остальное. — Так ведь тот, кто его вытащит, будет крут! Или как-то так! Я должна попробовать!
Прежде чем кто-либо успел ей возразить, она подбежала к булыжнику, запрыгнула на него и вцепилась в рукоять меча, пытаясь его вытащить.
— Не крут, мисс Хитрова, — поправил девушку Амадей, наблюдая за ее безуспешными потугами. — Просто этот меч будет служить тому, кто его вытащит.
— Вот я и карячусь, чтобы он мне служил! — пропыхтела девушка.
— Если вы не смогли вытащить его с легкостью, значит, он вам не принадлежит, — пожал плечами ректор.
— Да его просто там заклинило, видать заржавел малек, смазать надо, — отмахнулась Света.
— Дай, я попробую! — алчно засверкала глазами Ольга и потянулась к рукояти.
— Ну-ка убери свои ручонки загребущие! — стукнула по кистям Ольгу Хитрова. — Ишь, взяла моду чужое лапать!
— А сама-то! — обиженно протянула Токотыркова.
— А чего я лапала-то? Ничего я не лапала! Я просто пыль протерла! — невозмутимо заявила Света, убирая руки с меча.
— Довольно! — сказал Фирриандр. — Когда придет время, обладатель меча сам объявится, а сейчас я забираю его в Синиодус.
Он подхватил камень заклинанием и быстрым шагом направился в школу.
— Хапуги! — бросила Риона и помогла Нику подняться. — Я отведу его в госпиталь, а вы бегите на астрономию и заканчивайте свои работы.
— А мне тоже надо в госпиталь! — заныла Ольга. — Мне ведь по голове дали, помнишь? Вдруг у меня сотрясение мозга?
— Не выдумывай, — отрезала Риона. — Для сотрясения мозга необходимо его наличие!
— Злая ты, недобрая! — опять заладила свое Токотыркова.
— А какая я еще должна быть после случившегося? — устало ответила Фелинжер. — И, кстати, День Рождения на сегодня отменяется. Мы все слишком устали. Завтра отпразднуем.
Девушка развернулась к Синиодусу и повела Ника в госпиталь.
— Золотые драконы… — мечтательно прошептала Света, глядя на горы, когда Риона ушла.
— Жаль, что они вымерли, — сказала Ольга.
— Ну, ладно, надо действительно возвращаться на астрономию, — вздохнул Ринат.
К своему удивлению, карты они законичили быстро. Правда, все остальные уже давно сдали свои работы, пока ребята бегали к лесу. Может, поэтому друзья и поспешили побыстрее закончить практику. Риона тем временем довела Ника до больничного крыла и, сдав его на попечение целительницы, отправилась спать.
Глава 14. Секрет старинной книги
— Папа, что это? — изумленно расширив глаза, вопрошала Анжелика, тыкая пальцем на разлетающиеся во все стороны вершины гор.
— Это называется хамством! — буркнул Маркел.
— То есть? — не поняла девушка.
— Наследники стихий окончательно обнаглели, если смеют разрушать мой остров, — пояснил Гордос. — Между прочим, там ютилась стайка птеродактилей, которым теперь негде жить.
— Так это наследники разрушают горы? — удивилась Анжелика.
— Да, вернее сказать только один из них, — кивнул мужчина. — Разрушение горных вершин означает полное пробуждение второй стихии — земли.