Зала выглядела так, как ее и описывала Ольга, хоть тут не преувеличила: по углам виднелись красный бархатные шторы, которые, как понял Ник, еще совсем недавно прикрывали стены, вдоль которых стояли каменные колонны, горящие синим огнем. В центре комнаты возвышался уже знакомый камень с воткнутым в него мечом, а вдоль противоположной стены от пола до потолка возвышались огромные пугающие Врата, на которых Ник тут же почувствовал символ смерти. Тот самый, что пыталась описать Ольга, но так и не смогла сделать это словами.
Перед Вратами было семь пьедесталов с чашами. У одного из них находился Гордос с тремя приспешниками. Он стоял спиной к Скалферсону и читал какое-то заклинание.
— Прекрати! — крикнул Ник, чувствуя, как сердце бешено заколотилось в груди.
Маркел замолчал и медленно повернулся. На его аристократичном лице проступило удивление, а затем он сузил черные глаза и внимательно посмотрел на парня.
— Вот уж не думал, что кто-то сможет меня обнаружить, — спокойно произнес Гордос.
— Я не позволю тебе активировать Печать! — выкрикнул Ник.
— А что ты можешь сделать? — усмехнулся мужчина. — У тебя стихия земли, если не ошибаюсь? Да…далеко на ней не уедешь, — насмешливо процедил Гордос.
— Пока я жив, ты не откроешь ни одного замка! — твердо сказал Николас.
— Глупый мальчишка, — презрительно бросил Маркел. — Не тебе со мной тягаться! Если бы вместо тебя был Зарницын, может он и смог бы что-то сделать, но даже он бессилен, против меня, пока не пробудился.
— Посмотрим, — зло выплюнул Ник и, резко присев, коснулся ладонями пола.
Под ногами Маркела и трех чародеев тут же завибрировал пол, а еще через мгновение появились трещины, из которых высунулось несколько толстых змеевидных корней, которые тут же принялись опутывать магов.
— Убить его! — гневно выкрикнул Маркел, одним заклинанием обрезая корни. — Идиот! Если ты разрушишь комнату, мы все тут погибнем!
— А мне плевать! — огрызнулся Николас, уворачиваясь от заклинания, выпущенного одним из магов. — Если моя смерть поможет избавить мир от тебя, то я не боюсь!
— Смело, — протянул мужчина, — но глупо! Неужели ты не понимаешь, что разрушив комнату, ты сам откроешь Врата?
Услышав это, парень застыл столбом, не понимая, как сам до этого не додумался. Всего секундное промедление, а позади Ника уже появился один из магов и заломил парню руки. Скалферсон попытался вывернуться, но внезапно прямо у него под горлом сверкнула сталь меча.
— Стойте! — внезапно сказал Гордос. — Не убивайте, пусть посмотрит, как первая из семи Печатей будет активирована.
Мужчина вновь повернулся к пьедесталу и снова начала читать заклинание. Николас вновь попытался вырваться и что-то крикнуть, но его несколько раз ударили по лицу, а потом сжали словно тисками, а в рот тут же запихали что-то грязное и вонючее.
Несколько минут Гордос читал слова заклинания, то ускоряя или замедляя темп, то понижая или повышая голос. Последние слова Маркел чуть ли не прокричал, а затем в его руке сверкнул серебряный кинжал, и мужчина полоснул себя по руке, обагряя чашу кровью.
— Ну вот, жертва принята, — удовлетворенно кивнул Гордос, залечивая рану, — осталось лишь положить туда Печать Света.
Ник промычал что-то невразумительное и снова получил кулаком по скуле.
— Какой настырный мальчишка, — скривился Гордос. — Он мне надоел, убить его…
— Какие мы шустрые, — раздался откуда-то ехидный голос, и колдуны, что держали Ника отлетели в сторону.
— Ммм…тьфу, — сплюнул Ник окровавленную тряпку, — Рунь, ты как здесь оказался?!
— Это сейчас неважно, — отозвался Зарницын и вошел, наконец, в комнату. — Что здесь происходит?!
— Неправильно ставишь вопрос, — усмехнулся Маркел. — Уже почти все произошло. Вот сейчас я кину в чашу Печать Света…
— Не кинешь, — перебил его Зарницын и сделал неуловимое движение рукой, телекинезом отбирая Печать у ничего не понимающего Гордоса.
— Да как ты смеешь?! — побагровел мужчина и повернулся к своим магам. — Убить! Обоих!
Трое мужчин пришли в себя после удара о стену и встали рядом с хозяином, намереваясь сразиться с ребятами, уже заготовив несколько огненных шаров.