Наверняка разыскивал подходящие образцы для подмены, решила Элька. Затем поинтересовалась:
– А в Британском музее имеются в экспозиции или запасниках старинные ткани?
Дама сплавила Эльку трясущемуся старикану, жевавшему губами и упорно не желавшему понимать Эльку из-за ее немецкого акцента. Дедулька отвечал за образцы тканей, которые хранились в нескольких помещениях в полнейшем беспорядке, сваленные в большие и маленькие коробки, чемоданы и баулы.
– Что? Вы хотите знать, имеются ли образцы средневековых тканей «в елочку»? – переспрашивал старикан. – Вы – не первая, кто такое ищет!
Оказалось, что несколько лет назад подобный вопрос задавал старикану Николас Эдвардс, однако тот не мог ничем порадовать профессора: в Британском музее имелись ткани, выполненные узором «в елочку», но они были из других эпох.
Вот почему, сделала для себя вывод Элька, Эдвардс «мотался по всему миру» – он не смог отыскать нужные ему экземпляры в Британском музее, где работал.
Когда наконец наступил день возвращения профессора на родину, Элька, позвонив в Кембридж, услышала заунывный голос секретарши, которая, подобно заезженной пластинке, выдала уже знакомое:
– Профессора нет, он сейчас в зарубежной командировке. Позвоните дня через три или лучше через неделю!
Терпение Эльки лопнуло, и она отправилась в сопровождении Луиджи в университетский город. Сев в поезд на вокзале Кингс-Кросс, они провели в пути час сорок пять минут, и Элька в который раз убедилась, что на ее немецкой родине курсируют гораздо более удобные и современные, чем британские, поезда. Да и билеты стоят дешевле!
Элька направилась в бюро профессора Эдвардса, где получила стандартный ответ – он отсутствует. Когда Элька вышла на свежий воздух, к ней подбежал Луиджи и сказал:
– Я переговорил с несколькими студентами, точнее, студентками...
Комиссарша нахмурилась. Молодой человек продолжил:
– И они сказали, что у профессора и вчера, и на прошлой, и на позапрошлой неделе были лекции. Он никуда не уезжал!
Обследовав стоянку для автомобилей близ здания института, Элька и Луиджи наткнулись на место, обозначенное табличкой: «Prof. N. Edwards only». И там же стоял новехонький темно-синий «Бентли» с номерами, которые совпадали с указанными на табличке. Ударив по шине ногой, Элька заявила:
– Этот врун водит нас за нос! Он и сейчас находится в институте, однако не хочет нас принимать.
И она ринулась в приемную, где попыталась прорваться в кабинет профессора. Секретарша стойко держала оборону, но Элька, подхватив ее, как статую, передвинула визжащую даму с порога в угол.
– Я вызову охрану! – стенала секретарша. – И полицию!
Встречаться с английской полицией Эльке очень не хотелось, но она тем не менее рванула дверь и оказалась в кабинете. Секретарша не обманывала – профессора там не было.
– Где он? – спросила, выходя из кабинета, Элька.
Секретарша все кричала:
– Я уже вызвала охрану! Вас арестуют за попытку убийства! И за терроризм!
– Скажи еще, за попытку изнасилования, – хмыкнула Элька и вышла вон.
Вызов охраны, видимо, был выдумкой секретарши, потому что никаких спешащих секьюрити Элька не увидела. Это лишний раз убедило Шрепп в мысли, что профессор не собирается обострять ситуацию, ведь полиция или охрана потребуют объяснений, а профессору явно не хочется привлекать внимание к той неблаговидной роли, которую он сыграл во время изъятия образцов плащаницы.
Так как автомобиль профессора все еще находился на стоянке, Элька и Луиджи заняли неподалеку позицию. Их расчет оправдался – около восьми вечера из здания института вышел невысокий лысый субъект с рыжей бородой, державший в руке большой портфель. Элька видела изображение профессора Николаса Эдвардса на странице института в Интернете и сразу же узнала его.
Профессор оглянулся и, не обнаружив опасности, направился к стоянке, насвистывая «Желтую подводную лодку». Элька и Луиджи, пригнувшись за зеленой оградой, вели наблюдение за объектом.
Когда профессор приблизился к «Бентли» (и откуда только у него деньги на такую машину, наверняка не с зарплаты!), комиссарша, перемахнув через подстриженные кустики, подбежала к Эдвардсу. Схватив его за рукав серого пиджака, она рявкнула:
– Профессор, мне надо с вами поговорить!
Реакция ученого была мгновенной. Обернувшись, он нанес Эльке удар в живот портфелем, оказавшимся на редкость тяжелым. Пока комиссарша корчилась на асфальте, а к ней спешил встревоженный Луиджи, Эдвардс прыгнул в автомобиль, резво развернулся на пустой стоянке и унесся прочь.