Виктория шагнула в комнату. Стоявший у зеркала мужчина увидел ее отражение и резко обернулся. Его лицо исказил страх, в серо-зеленых глазах мелькнуло изумление, быстро сменившееся ужасом.
– Что... что вы здесь делаете? Кто вы? – спросил он по-итальянски сдавленным голосом, и Виктория заметила, что ширинка на его брюках не застегнута. Странно, но этот момент она представляла совсем по-другому. Он даже не узнал ее!
– Я вам все отдам! – затараторила жертва, отступая от зеркала. – У меня имеется большая сумма в долларах и евро, а также платиновые запонки с черными бриллиантами, подаренные мне бывшим премьер-министром Италии. Я выпишу вам чек на любую сумму! Вы же знаете, кто я!
О, даже в такой момент он никак не мог унять своего тщеславия. Он оказался около старинного стола и раскрыл ящик. На подлокотнике кресла Виктория увидела его книгу: черная обложка, кровавые линии и фотография таинственно улыбающегося автора – того самого человека, что сейчас дрожал перед ней в штанах с расстегнутой ширинкой. Дейл Уайт, автор супербестселлера «Улыбка Джоконды».
Тонкая рука мистера Уайта, продолжавшего перечислять все то, что он готов отдать в обмен на свою драгоценную жизнь, нырнула в ящик, и его тон мгновенно изменился. Лицо приняло хищное выражение, глаза победоносно засверкали. В грудь Виктории уперся револьвер.
– Ты думаешь, красотка, что я наведываюсь в вашу страну макаронников и мафиози без соответствующих мер предосторожности? – спросил с наглой ухмылкой знаменитый автор. – Хотела поживиться за мой счет? Не получится!
Он дважды спустил курок. Но револьвер только безвредно щелкнул.
– Мистер Уайт, – ответила по-английски Виктория, – я побывала в вашем особняке двумя часами раньше, пока вы ужинали с вашими европейскими издателями, и вытащила из револьвера все патроны.
Писатель снова сменил тон, забормотал:
– Не убивайте меня! Вы выследили меня с целью похищения? Уверяю, этого не стоит делать! Я выпишу вам чек. Сколько вы хотите? Миллион? Два? Три? Пускай ваши сообщники едут в банк, я позвоню и попрошу выплатить вам любую сумму, несмотря на то, что банк уже закрылся. Там готовы исполнять все мои прихоти, еще бы, я ведь позавчера открыл у них счет на двадцать пять миллионов...
– У меня нет сообщников, – прервала его нервное бормотание Виктория и извлекла из заднего кармана пистолет.
Увидев оружие, Дейл Уайт побледнел и, заикаясь, произнес:
– Мисс, за... зачем... в-вам оружие? К-к-клянусь, я не буду сопротивляться! Давайте разойдемся, как ц-цивилизованные люди!
– Я не против вашего предложения, мистер Уайт, однако вся проблема в том, что вы не относитесь к категории цивилизованных людей, – ответила сухо Виктория.
Она мельком взглянула в зеркало и увидела свое отражение: изящная молодая женщина с бледным лицом, большими синими глазами и собранными под шапочкой черными волосами. Она держится молодцом, но пора переходить к осуществлению ее плана. Плана убийства великого писателя Дейла Уайта.
– Застегните ширинку, мистер Уайт, – велела Виктория.
Мультимиллионер от литературы вздрогнул и сипло спросил:
– Чего?
Девушке пришлось повторить, и только тогда дрожащими пальцами мистер Уайт застегнул штаны. Виктория сотни раз проигрывала сцену возмездия в голове. Ей представлялось, что Дейл Уайт, увидев ее, падет на колени, зальется слезами и будет умолять о пощаде. А сейчас, наяву... Он, конечно, напуган, и очень сильно, но присутствия духа не потерял. И, что хуже всего, не понимает, с кем разговаривает. Он принял ее за обыкновенную бандитку!
– Мисс, – немного придя в себя и обретя прежнее красноречие, заявил писатель, – вы, вероятно, недовольны моей книгой? Понимаю, она, видимо, затронула ваши религиозные чувства, поэтому вы и решили покарать меня, ее создателя. Но уверяю вас, мой роман – всего лишь фантазия университетского профессора! Он не имеет ничего общего с действительностью! Да, в моем романе у Иисуса имеются любовница и дети и содержится намек на то, что он не ограничивался сожительством с женщинами, одаривал своим вниманием мужчин, в том числе юного апостола Иоанна, в результате чего представители церквей, в особенности Ватикан, обрушились на меня с критикой, обвинив в святотатстве и богохульстве... Но вы должны понять – в моем романе «Улыбка Джоконды» речь идет не о Христе, сыне Божьем, а о реально существовавшем Иисусе, который, как и мы с вами, был человеком! А у людей имеются слабости...