— Предатель среди нас.
— Виндгард – ловушка, — сказал Элрик. — Наследник уже мёртв, а если и нет...
— Если и нет, его нужно уничтожить, — закончил Малхазир. — Кровь Сейранов пробудит Пожирателя.
Годфри сжал Каратель.
— Он ребёнок.
— Он ключ, — епископ Кассиан поднялся. — Орден Пылающего Клинка обязан защищать империю. Даже если цена – душа.
Годфри посмотрел на свои руки. Шрамы от священного огня болели сильнее обычного.
— Хорошо.
Он повернулся к двери.
— Я отправляю отряд в Виндгард.
— Вы не идёте? — удивился Элрик.
Годфри остановился на пороге.
— Мне нужно найти того, кто предал императора.
***
Часовня Первого Императора была высечена из цельного куска белого мрамора - холодного даже в самую жаркую погоду. Статуя императора возвышалась над алтарем, его каменный меч указывал точно на восток - к Виндгарду. Пол был выложен мозаикой, изображающей семь печатей, но некоторые плиты треснули, и сквозь щели пробивался черный мох.
В часовне, перед статуей Первого Императора, Годфри опустился на колени.
— Дай мне силы...
Но молитва застряла в горле.
Из-за спины раздался шёпот:
— Ты уже знаешь, что делать.
Годфри резко обернулся.
Часовня была пуста.
Только на алтаре лежал новый чёрный лепесток... и карта с отметкой в квартале знати.
Там, где стоял дом кардинала Кассиана.
***
Винный погреб под резиденцией церкви пах гнилью и ладаном.
Годфри спустился по скрипучей лестнице, «Каратель» дрожал за спиной.
Кассиан сидел за столом, заставленным бутылками эльфийского нектара. Его фигура была нечёткой, будто нарисованной дымом.
Ты пришёл убить меня, старый друг? — епископ поднял бокал. Вино капало сквозь его пальцы, оставляя ржавые пятна на скатерти.
Годфри сел напротив.
— Ты мёртв.
Кассиан рассмеялся.
— С каких пор это нас останавливало?
Он откинул рясу. Грудь была пустой— рёбра срослись в решётку, за которой копошились чёрные мотыльки.
— Я пустил их в город, — признался епископ, выпивая ещё. Вино вытекало из дырки в горле. — Чтобы очистить империю. Как хирург режет гангрену.
Годфри схватил его за воротник.
— Ты отдал императора на растерзание!
— Он и сам был частью культа, — Кассиан ухмыльнулся. — А наследник... о, наследник — лучшая из наших шуток.
Тень сгустилась.
Когда Годфри вытащил меч, погреб уже изменился — он стоял в запечатанной гробнице, покрытой пылью веков.
На стене кровью было написано:
«ОНИ ВСЕГДА БЫЛИ ЗДЕСЬ»
***
На рассвете пятьдесят паладинов вышли из ворот Цитадели. Их вели магистр Элрик и седовласый ветеран Ториан.
"Ториан... старый дурак". Годфри смотрел, как седовласый воин проверяет снаряжение. "Ты ведь знаешь, что я посылаю тебя на смерть?" Но Ториан встретил его взгляд и кивнул - ровно так же, как тогда, в Битве у Плачущих Скал. Эти старые волки всегда знали цену приказам.
Ворота Цитадели, огромные дубовые створы, окованные сталью, скрипели, как старухины кости, когда отряд паладинов выходил в город. Над аркой висел герб ордена - пылающий клинок на черном фоне, но краска облупилась, и теперь он больше походил на кровавую тень
— Найти наследника, — сказал им Годфри. — Если он жив – защитить. Если тронут Тьмой...
Он не договорил.
Ториан кивнул – он понял.
Когда отряд скрылся за поворотом, Годфри повернулся к городу.
Каратель на его спине наконец вспыхнул – слабо, как последняя искра в ночи.
Охота началась.
Конец