Спустя паузу в несколько секунд, сверху, из комнаты Хамано донеслось брынчание струн.
Обе девушки удивились этому: - в моей комнате никого не было… Оцука, сходишь со мной проверить? – Эльфийка одобрительно кивнула, и девушки направились наверх.
Звук, исходящий от струн всё ещё продолжался, как вдруг пробил второй аккорд. Мелодия звучала всё быстрее и быстрее: - а красиво ведь играет. – Шуточно подметила Оцука, а Хамано лишь с улыбкой посмотрела на рыжую эльфийку. Подойдя к закрытой двери, белокурая дама потянула ручку, как вдруг пала в ступор: - ты… - На кровати Хамано сидела Гаккеи, что смиренно играла какую-то мелодию, что звучала трагично и на удивление, по живому: - ты играть умеешь? – Хамано насторожилась, ведь оружия у девушки не было.
Воздух в комнате начал сгущаться, а за окнами разнёсся протяжный гул: - ну, не буянь моя девочка. В данный момент я угрозы не представляю. Лучше сядь и насладись демоническим искусством. – Демонесса даже глаза не открыла, а голос её был сладок.
Чёрные волосы Гаккеи развивались из-за ветра Хамано, а мелодия завораживала. Оцука начала готовить какое-то заклинание, её руки засверкали оранжевым цветом: - не стоит… Мне интересно её послушать… - Хамано остановила рыжую эльфийку, и пройдя в комнату, села на небольшой сундук, что стоял у кровати. Продолжая слушать демоническую мелодию, девушка прониклась трагедией Гаккеи, так как Хамано сама была бардом, она могла понять, что именно хочет донести Гаккеи. Или то человеческое, что осталось в демоне.
Мелодия подошла к своему концу, а из левого глаза Гаккеи потекла слеза. Демонесса быстро вытерла её, открыв свои пламенные глаза: - когда-то и я была человеком… - Хамано сильно удивилась этому заявлению от холодной и властной госпожи света: - что это с тобой?... – Белокурая девушка вопросительно смотрела на Гаккеи: - около двух тысяч лет назад я жила в таком же теле, как и вы обе. Я могла любить, чувствовать, но одно происшествие положило конец моему мирному существованию.
В тот день у меня была свадьба на красивом мужчине. Стройный, широкий и сильный, как скала, его мускулы могли камень сломать… Как сейчас помню его белые волосы, голубые, словно лёд, глаза. Его басистый голос так хорошо сочетался с воинственным характером…
Пришло много народу. Человек пятьсот наверно, я и он были из знатных семей, но я его безумно любила… А вот он… Неважно… Что-то я разговорилась… - Гаккеи с печалью смотрела на кроваво красную луну, что была видна за окном.
Хамано положила свою ладонь на колено демонессе: - продолжай, мне интересно тебя послушать. Ты наверно давно никому не открывалась… Может я смогу тебе помочь? – Гаккеи немного дрогнула от прикосновения, но вовремя одумалась: - да, наверно нужно снять с себя эту хладную броню… - Демоница положила свою ладонь на ладонь Хамано, и продолжила рассказ, смотря в окно: - цветы, музыка, шум… Всё как на обычных свадьбах. Там же и большое количество алкоголя, он его обожал. Даже большую баню растопить смогли… и много же с ней хлопот в своё время было.
Я любила его так сильно, что попросила швею сделать полотно с его именем… “Гельбор”, так его звали. И счастлива же я тогда была… - Гаккеи с глубоким вдохом продолжила свой рассказ: - Он решил отлучиться со своими дружками, а я раздавала еду, такая традиция у нас была. Я заметила, что его слишком долго нету, и куда-то пропала моя сестра… Я решила пройти в их “зону”, и увидела нечто… Ни его друзей, ни кого либо ещё, только голого его и мою сестру в… Страстных объятиях… Тогда мой мир рухнул… Я знала, что он бабник, но он обещал мне измениться… Я думала, что я смогла занять место в его сердце, но увидела это… - Из глаз демона потекли горячие слёзы, а Хамано сидела с распахнутым ртом: - не могу поверить… Так ты не была стервой с рождения… - Гаккеи с осуждением фыркнула на Хамано, продолжив: - у меня в руках тогда была бутыль с маслом… И свеча… Я окрикнула его, начиная проливать на себя то самое масло, и кинув остатки в них. – Пока Гаккеи говорила про масло, струны на лютне начали лопаться, одна за другой.
Гельбор поспешил ко мне, и как только его грязные руки коснулись меня, и опрокинула свечу на нас обоих. Он тянул руки - и тогда я впервые увидела, насколько они чужие. Алое пламя объяло семейную пару, он страшно мучался… Я ощущала лишь обиду, дикую ненависть, я не знала, что делать. Последнее, что я помню — как язык пламени вошёл мне под кожу, и вместо боли я услышала музыку. Тихую, страшную, зовущую…
Потом я оказалась уже в облике госпожи света, не совсем помню, что было между всем этим, лишь лес, покрытый густым туманом, и странного человека, который сидел на камне. Он говорил что-то про месть, новую жизнь и силу, я просто на всё соглашалась с горя… Демон света – Гаккеи, так он меня прозвал. – Последняя струна лютни лопнула, а Хамано в максимальном шоке смотрела на Гаккеи: - ты отнюдь не демон… Потерянная душа, пережившая предательство любимого человека… - Хамано медленно привстала и обняла Гаккеи, оранжевые, горящие глаза наполнились горькими слезами. Демонесса же лишь одной рукой приобняла белокурю девушку. Хамано услышала, как входная дверь их поместья закрылась, и резкий, будто молния, шлепок послышался из коридора: - опять здесь не убрано, что ты за мразь такая? – Грубый мужской голос перебил молчание трёх девушек: - вернулся… - Хамано с сожалением прошептала это, после чего отпустила демона: - я уже не знаю, что с ним делать… - Гаккеи взяла тремя пальцами Хамано за подбородок, и тихо сказала: - тебе помочь? – Хамано с улыбкой и шоком глядела в сторону демона, и одобрительно кивнула: - я дам тебе свершить свою месть, раз у меня не получилось. – Белоснежная катана засверкала в углу комнаты, будто появившись из ниоткуда. Белокурая девушка взяла её, и обножив, увидела надпись: “пусть мой свет всегда будет расчищать твой путь.” – Хамано улыбнулась: - твоё авторство? – Гаккеи посмеялась, тепло, она была удивительно уютной: - Нет, теперь это твоё. Свет не принадлежит никому. Ни тебе, ни мне… раз на то пошло, то пусть он будет как инструмент всех, кого предали. Всех, кто жаждет мести. – Белокурая девушка засунула катану обратно в ножны, и начала перебинтовывать свои ладони, пояс и колени.