Вижу, как он смотрит на мою истинную — бывшую истинную, конечно, — а кровь в жилах закипает, бурлит, и мне хочется отвадить всех тёмных, чтобы держались подальше от ведьмочки, которая так легко поддаётся их влиянию.
— Что здесь произошло? — спрашивает принц Тьмы, делая шаг вперёд.
Адалин как-то на автомате отшатывается назад. Понимаю, что сделала она это неосознанно, но в глубине души радуюсь. Не всё потеряно, раз этот тёмный вызывает в ней неоднозначные чувства. Сердце не обманешь, как и рефлексы, способные порой сказать куда больше сотни слов.
— Ведьмуля?
Ну и прозвище он ей придумал. Тошно до чёртиков. Хоть и нет в этом обращении ничего плохого, а всё-таки меня выворачивает. Сильнее бешусь, когда губы Адалин трогает улыбка, а этот гад смелеет, приближается к ней и нежно обхватывает за подбородок пальцами. Сердце щемит, а кулаки зудят от желания ввязаться в драку.
— Со мной всё хорошо. Я пробовала взращивать магию, но немного не подрасчитала свои силы.
— Ты могла потренироваться со мной.
Избавьте меня от этих нежностей. Тошно ведь. Неужели сами не замечают? Кажется, что Адалин даже нравится то, как заискивающе он ведёт себя с ней. Вот только я искренности не чувствую. Или просто это нормальное отношение к конкуренту? Мне хочется раздавить его, прогнать, отправить подальше, только бы не видеть рядом с ведьмочкой, зажигающей сердце одним только взглядом.
Только сейчас осознаю, что попроси Адалин занять сторону проклятых тварей, и я сделал бы это ради неё. А ведь Рэйриан прав — чувства в нашем случае только сильнее усугубят ситуацию. Стараюсь дышать глубже, только бы совладать с ними.
Чувствую себя лишним, но уйти и оставить её наедине с этими тварями не могу. Кто знает, что взбредёт им в голову? По растерянному, тревожному взгляду мадам Юми понимаю, что женщина тоже ощущает неловкость. Почему Адалин комфортно среди тёмных? Неужели её магия не сопротивляется их ауре? Или она готова принять любую? Конечно, и раньше среди нас учились студенты, осваивающие тёмные искусства, но они были людьми, а не демонами. Ладно, кто-то — оборотни, но это всяко лучше, чем отродья из нижних миров.
— У нас будет время на тренировки, Адалин, потому что завтра мы вернёмся в нижний мир. Мне нужно закончить там одно дело, но об этом поговорим позднее.
Принц Тьмы отпускает подбородок девушки, проводит ладонью в воздухе параллельно её лицу, и от крови не остаётся ни единого следа на побледневшей коже.
— На сегодня занятия окончены. Я не позволю ей работать на износ. Все свободны, — говорит демон, даже не обернувшись в нашу сторону.
Его липкий взгляд направлен на Адалин, а она смотрит на него, как влюблённая идиотка!.. Мысленно ругаю себя за то, что так о ней подумал, но мне тяжело бороться с ревностью. Ядовитой змеёй она расползается под кожей и отравляет своим смертельным ядом.
— Я сказал — все свободны! — повторяет рычащим голосом принц Тьмы, чувствуя наше присутствие.
Адалин виновато смотрит на меня и одними губами шепчет, но я легко разбираю её слова:
— Позаботься о ней.
Конечно, она переживает за мадам Юми. Ведьмочка волнуется за всех, кроме самой себя. Даже стала игрушкой бессердечного существа. Очень надеюсь, что он и пальцем её не тронул, не принуждал к близости с ним, потому что в ином случае я за себя не отвечаю. Даже если начнётся война внутри академии, а я его уничтожу, пусть это будет последним, что я сделаю.
Мы с мадам Юми покидаем аудиторию, а моё сердце всё равно остаётся там. И все мысли тоже. Не могу не думать, как сейчас обходятся с этой крохотной ведьмочкой. Осталась в компании двух демонов. Что им взбредёт в голову?
— Мне надо вернуться, — говорю, но мадам Юми хватает меня за рукав рубашки и отрицательно мотает головой.
— Не нарывайся, Байрон!.. Ты слышал приказ. Адалин и без того придётся оправдываться из-за того, что я позволила ей пройти это сложное испытание сегодня. Нужно было начинать с простого, с твоей магии, а не той, что длительное время лежала в артефакте и уже научилась обходиться без носителя.
Не совсем понимаю, о чём бормочет женщина, но это и не имеет высокого значения. Неважно, что она напутала, потому что случившееся не воротишь.
Слышу шаги и оборачиваюсь.
Недовольный демон, кажется, его имя Ллойд, если я не ошибаюсь, следует за нами. Он рассержен, потому что принц Тьмы прогнал и его тоже? Уже легче, ведь Адалин осталась в аудитории только с одним демоном. И всё-таки снова ревность обжигает внутренности, колет сердце тупой иголкой.