— Звучит паршиво, — с сожалением сказала я.
— Так и есть, — ответила Ширли. — Мы должны хотя бы немного помочь Фалько.
— Я бы с удовольствием, — ответила я и встала. — Дело становиться всё более странным. Сибиллы были правы. Похоже, все шесть членов тайного общества хотят объединиться, чтобы обрести старую силу. Сибиллы также сказали, что они ищут вход. Вероятно, здесь имеется ввиду Миндора. Кроме того, Сибиллы сказали что-то о предательстве, и предателем может быть только Гюнтер Блюм. Он, наверняка, отправился подставить остальных. Но зачем им вообще собираться?
— Старое тайное общество хочет встретиться? Скорее всего, чтобы с кем-то сразиться, — протянул Лоренц и посмотрел задумчиво на Этьена. — Ради каких-нибудь шуток они не стали бы прикладывать столько усилий. Речь идёт о чём-то серьёзном.
— Определённо, — ответила я. — Не было похоже, что этот Вельф Боргерсон любит шутить. Скорее всего, он заодно с Гюнтером Блюм. Может это как-то связано с появлением Морлемов? Может быть часть из них хотят возобновить борьбу с Бальтазаром, а другие пытаются их остановить.
— Это возможно, — ответила задумчиво Ширли. — Может это как-то связано друг с другом.
— Кстати, раз уж заговорили о Морлемах. Как там всё прошло у адмирала? — спросила Лиана Адама.
До сих пор эти двое молча слушали разговор, как и Дульса, которая всё ещё сидела перед своей полной тарелкой и даже не взяла в руки вилку.
— Адмирал знает, что Ладислав Энде больше не назначит его на службу, потому что боится, что тот может лишить его власти. Но он в ярости из-за того, что ничего не может предпринять против Морлемов. Он предложил Ладиславу Энде позволить работать Чёрной гвардии на изменённых условиях.
— И что это значит? — подозрительно спросила Ширли. — Кастрированные герои?
— Вроде того, — мрачно ответил Адам. — Адмирал откажется от всех политических полномочий и подчинится Ладиславу Энде во всех вопросах. Он просто хочет охотиться за Морлемами.
— Ладислав Энде на это согласиться? — с любопытством спросила я. — Несомненно, для него это очень заманчиво.
— Этого никто точно не знает, — ответил Адам. — Адмирал сказал, что во время их последнего разговора Ладислав Энде очень нервничал. Морлемы явно его пугают, но он всё ещё не хочет признавать, что они действительно снова появились.
— Значит он не может поручить адмиралу охоту за Морлемами, потому что их официально не существует? — спросил Этьен. — Это абсолютное безумие.
— Ты прав, — подтвердил Адам.
— Итак, ребята, — сказал Лоренц и внезапно сильно напрягся. — Когда мы планируем начать нашу следующую операцию?
— Надеюсь, что скоро, — заметила серьёзно Дульса, а Лиана утвердительно кивнула.
Все взгляды внезапно обратились к Адаму, и он прямо-таки замер под таким пристальным вниманием. Он должен, наконец, принять решение, это очевидно.
Ещё пока Адам размышлял, как ему выразиться, чтобы не задеть чувства наших друзей, я внезапно услышала в мыслях голос Анны: «Привет Сельма, было не так просто узнать, где теперь снежные драконы, но у меня есть свои источники. Пять из десяти драконов были официально приняты в австралийскую команду и отлично себя там чувствуют. Остальные пять всё ещё в Антарктике, потому что их не смог поймать ни один маг. Заработав много ран, представители драконьих гоночных команд, видимо, отказались от ловли диких чудовищ. Это всё, что я смогла выяснить.»
«Большое спасибо, Анна», — ответила я радостно. «Это действительно хорошие новости. Я у тебя в долгу.»
«Да ладно», — ответила Анна. «Это я у тебя в долгу. Без твоей помощи мы всё ещё жили бы спрятаны подо льдом.» Сказав это, она попрощалась.
— Всё в порядке? — спросил Адам, от которого не ускользнуло то, что я какое-то время была невнимательной
— Однозначно, — довольно ответила я. — В Антарктике живут пять диких снежных драконов, которых никто не хватится, если я позаимствую их для охоты на Морлемов.
— Не делай этого, — попросил Адам.
— Нет, я собираюсь, — серьёзно ответила я. — Обязательно так и сделаю, — затем продолжила немного мягче. — Я должна, Адам. Речь идёт о моей сестре, и если у меня есть шанс спасти её, тогда я воспользуюсь им.
— Конечно. Это гениально, — сказал Леандро. — Драконы достаточно быстрые, чтобы преследовать Морлемов.
— Я бы могла написать для тебя заклинание, под которым ты сможешь спрятаться, — с восторгом предложила Дульса.
— Да, точно, — ответила я. — Именно так я себе это и представляла. Я заманю их, а затем исчезну, и когда они подумают, что я сбежала, я последую за ними, и они приведут меня в своё укрытие.
— Это может сработать, — с энтузиазмом воскликнул Лоренц. — Блестящая идея, Сельма, как всегда безумно рискованная, но блестящая.
— Мне ещё только нужно построить доверие к одному из снежных драконов, — задумчиво сказала я. — Но с вкусняшками для драконов, которые так нравятся Ариэлю, не думаю, что здесь возникнет проблема.
— Подождите, — прервал нас Адам. — Этот вопрос ещё не решён.
— Боюсь, что решён, — улыбнулась я, и, наконец, Адам, тоскливо вздохнув, сдался.
В течении следующей недели мы с Адамом снова и снова пытались по очереди пробудить к жизни организм изо льда и работали над концентрацией огненного заклинания. После нашего разговора в Глиняном переулке мы быстро договорились о деталях нашей новой операции.
Адам больше не упоминал о своих сомнениях и, казалось, заразился энтузиазмом остальных. Мы ещё раз вернёмся в Антарктику и подождём там Морлемов.
Теперь, когда мы знали, что им нужно несколько часов, чтобы добраться до меня, у меня было примерное время, за которое я могла напомнить одному из снежных драконов, что он обученный для соревнований дракон и обычно носит на спине наездника. Если мне это удастся, то я последую за Морлемами, а если нет, тогда быстро вернусь в Шёнефельде.
В то время как остальные предпринимали первые экскурсии в Антарктику и в бывшем поселении Антарктики искали подходящие укрытия, мне приходилось оставаться под защитным заклинанием. Я не могла уехать из Шёнефельде.
Мне не оставалось ничего другого, как полностью сосредоточиться выполнении задания, которое дал нам профессор Пфафф и иногда проскальзывать в мысли Адама, чтобы, по крайне мере, частично принимать участие.
Сегодня Адам и его братья тоже отправились в Антарктику, чтобы отыскать следы снежных драконов. Чем лучше я знала, куда направиться, чтобы приманить и заставить слушаться одного из них, тем выше были шансы на успех. Так как сегодня было воскресенье, я пошла в Каменный переулок, чтобы провести утро с бабушкой.
Я ожидала, что мы проведём ещё один урок обучения на духовного странника. Пришло время провести мой первый ритуал. И я сильно удивилась, когда бабушка, быстро позавтракав, ушла в своё ателье, чтобы ответить на два письма из палаты сенаторов. Казалось, вся эта бюрократия очень её обременяет. Но она захотела пойти этим путём, и он мог также привести к успеху, как и мой.
После того, как бабушка вышла из кухни, я приготовила себе ещё одну чашку кофе и пододвинула «Хронику короны». Статья на всю страницу была посвящена художественной работе Вендолина Габриэля, чья лирика, видимо, свидетельствовала о необыкновенном таланте, о чуткости и глубоком понимании магического мира, которое не имело себе подобных.
Я бегло просмотрела статью, которая витиеватыми словами восхваляла Вендолина Габриэля, его превосходство и творчество. И остановилась лишь на последнем предложении, потому что в нём в первый раз за долгое время упоминался Константин Кронворт, но только чтобы назвать его последнее стихотворение «Зеркальное ядро» литературным промахом, которое, наверняка, станет смертельным приговором для его последнего произведения «На прощание».
Я испуганно уставилась в газету. Константин Кронворт отказался от своей литературной карьеры?
Это не может быть правдой, не после всех этих взлётов и падений, которые он уже пережил.