— У меня постоянно меняется мнение по поводу этой идеи. Иногда она кажется мне хорошей, а иногда просто каким-то сумасшествием. Нельзя предугадать, что произойдет. И вообще, появятся ли Морлемы, если соберется столько магов? А если появятся, то нападут ли на кого-нибудь, если ты исчезнешь?
— Это рискованно, — признала я. — Но если все сработает, Ладислав Энде больше не сможет утверждать, что Морлемов нет. Ему придется как-то отреагировать.
— Это точно, — кивнула Лиана.
Мне стало хорошо от того, что она рассказала мне о своей идее. Я ощутила, как ко мне постепенно начала возвращаться решительность. Возможно, это было и доверие ко мне и мужество, которое Лиана нашла в себе, вопреки внутренним страхам сделать хорошее, по ее мнению, предложение.
Как бы то ни было, все это поспособствовало тому, чтобы мое отчаяние испарилось, а вместо него появилось сильное желание что-то предпринять и посоветоваться с остальными. Поэтому, когда при прощании Лиана спросила, буду ли я отмечать рождество с ней и остальными у Лоренца, я согласилась.
После ее ухода, я начала раздумывать над ее предложением, продумала некоторые детали и мысленно обрисовала в общих чертах план операции. В общем, когда я ранним вечером вместе с Леандро вышла из дома, ко мне, наконец, вернулось хорошее настроение. Мы рискнём и предпримем ещё одну попытку, подготовимся ещё лучше, спланируем всё более детально и разыграем разные сценарии. Теперь осталась только убедить остальных в этой идеи, начиная с Адама, настроение которого с нашего возвращения было не лучшим.
Но дело было не только в моём медленном выздоровлении и неописуемой опасности, в которую мы попали в Антарктике, но и в предстоящем Рождестве и его матери, которая прожужжала ему все уши с просьбой, отпраздновать у неё. Так что он, в конец концов, сдался и захотел сделать крошечное исключение ради рождественского спокойствия.
— И бабушка действительно не будет против, если мы проведём Рождество у Лоренца? — спросил Леандро, которому понравилось моё предложение, сделанное сегодня утром. Мысль сидеть здесь под ёлкой в неловком молчании без Лидии, Жизель и Филиппа, была для него ужасной.
— Её тоже беспокоит то, что все исчезли, — сказала я, когда мы проходили вдоль узкой садовой тропинки, а затем повернули в Каменный переулок. — Она чувствует себя в Темаллине комфортно. Там она сможет восстановить силы. Я была там и могу сказать, что в Темаллине действительно можно забыть мир за приделами, и даже хочешь этого. Я надеюсь, что после праздников она снова к нам вернётся.
— Темаллин? Я ещё не так много о нём слышал, — сказал Леандро, подняв вверх воротник своего чёрного пальто. — Где он вообще?
— В центре континента, — ответила я, дрожа от холода. — Один из входов ты найдёшь в огромном каменном дубе, посреди бесконечной степи, а другой в Акканке, в драконьих пещерах. Но он только для посвящённых. Если ты в него войдёшь, тебя быстро поймают гномы.
Леандро ухмыльнулся.
— Меня нет, — уверенно ответил он. — С помощью лука и стрел я смогу держать их на расстоянии.
Его ухарство рассмешило меня. Мы как раз шли вдоль Каштановой аллеи, и я начала рассказала ему о Темаллине, о друидах, о яблоневой роще, об огромных садах и мирной, внушительной атмосфере, пронизывающей там всё.
А когда мы пересекли рыночную площадь и собрались завернуть на Кирпичную улицу, нам навстречу вышел тепло укутанный мужчина и направился прямо на меня. Его шаг был таким целеустремлённым, что моё шестое чувство сразу забило тревогу. Я уже собиралась поднять руки и занять оборонительную позицию, когда узнала его под шапкой.
— Пауль, — удивилась я, когда он, наконец, остановился передо мной. — Как у тебя дела?
— Очень хорошо, — весело улыбнулся он. — Я уже так часто хотел вас навестить, но из-за учёбы и нашей небольшой компании просто не остаётся времени. Лион покинул компанию. Для него всё стало слишком утомительно. Поэтому нам с Фредди пришлось сначала всё заново организовывать. Можешь себе представить, сколько было работы. Мы взяли на себя его обязанности и попутно пытались найти ему замену.
— Похоже, работы было много, — ответила я как можно более сочувственно.
Я могла говорить о Морлемах и драконах, о сложных вербальных заклинаниях и старомодной социальной структуре, но жизнь Пауля действительно была для меня более чужой, чем когда-либо прежде.
— Как Лиана? — весело спросил Пауль, как будто они были просто школьными друзьями и ничего более.
От его вопроса у меня болезненно сжалось сердце, и я снова подумала о жертве, которую принесла Лиана.
— Я ненадолго заглянул к её родителям, но, похоже, её там нет.
— Да, — ответила я, ища оправдание, которое скроет, почему сегодня Лиана не захотела провести с родителями.
Леандро внезапно прочистил горло.
— Она празднует со своим парнем, — быстро сказал он, и Пауль кивнул на этот абсолютно логичный для него ответ.
— Кстати, это мой брат Леандро, — объяснила я. — Он теперь тоже учиться здесь, в Тенненбоде.
Пауль громко рассмеялся.
— Это действительно захватывающе, сколько людей хотят изучать административную теорию.
— Да ну, чего там! — ответил Леандро. — Это и в половину не так сухо, как кажется. Уже только параграф 1 по-настоящему взрывоопасен.
— Конечно, — я удивлённо посмотрела на Леандро. — Нам пора. Желаю тебе счастливого Рождества, Пауль.
— Вам тоже, — ответил Пауль. — И передайте Лиане от меня привет, если увидите.
— Да, конечно, — сказал Леандро.
Затем мы быстро завернули на Кирпичную улицу, в то время как Пауль пошёл в противоположном направлении.
— Это был бывший Лианы, верно? — спросил Леандро.
— Да, расставание с ним было для Лианы ужасно, — смущённо сказала я. — Но их отношения не могли продолжаться так дальше. Ей постоянно приходилось врать, чтобы скрыть, кто мы такие, а он, конечно, это заметил. Не слишком хорошая основа для отношений. Я стёрла его воспоминания, потому что в какой-то момент это всё же всплыло, — я опустила взгляд, и меня охватили воспоминания об этом роковом вечере.
— Пауль застал Лиану врасплох? — глаза Леандро расширились от удивления.
Я кивнула, чувствуя, как внутри нарастает неприятное ощущение.
— Она любит Пауля или любила, и ее любовь была настолько сильной, что она его отпустила. Не хотела взваливать всё это на его плечи.
— Обалдеть! Это, конечно, плохо, — сказал Леандро. — Мне жаль Лиану, но я восхищаюсь тем, что она приняла такое решение, хотя не оставила Паулю выбора. Может он был готов ради нее пойти на риск.
— Лиана очень осторожный человек, — сказала я. — Она никого не будет подвергать опасности ради собственного счастья. Она бы не смогла с этим жить.
— Очень порядочно с ее стороны, — заметил Леандро. — Но думаю, что все-таки будет лучше не передавать ей привет от Пауля.
— Я того же мнения, по крайней мере сегодня я не буду касаться этой темы. Думаю, она поставила крест на этих отношениях и сосредоточилась на поисках пропавшей сестры. — Я повернула направо, в Глиняный переулок, в конце которого стояла небольшая липа, освещаемая множеством маленьких лампочек.
Мы шли мимо красиво украшенных домов, но как бы я не пыталась ощутить дух рождества, мне так это и не удалось, даже глядя на богато украшенные рождественские елки в гостиных домов.
— Мы еще отпразднуем много рождественских дней, Сельма, — утешил Леандро, словно его мучили те же мысли. — Вернем сестру, а когда вся наша семья снова воссоединится, мы все наверстаем, каждый отдельный день.
Я быстро кивнула, а у самой на глаза навернулись слезы.
— Так и сделаем, — согласилась я и еще раз глубоко вздохнула, когда мы уже стояли перед домом Лоренца.
— Мы переживем этот день, — успокоил Леандро. — Разработаем новый план и вернем Лидию.
— Да, вернём, — ответила я.
Благодаря Лиане, у меня уже появилась замечательная идея, как бы мы могли это устроить.