Ким посмотрел на меня странно пронизывающим взглядом, затем вернулся к столу и медленно сел.
— Ты на удивление дальновидная, — наконец произнёс он.
— Скажи ей, — промолвил Филипп, глядя на Вельфа. — У неё есть право. Если мы хотим чего-то добиться, мы должны держаться вместе.
Казалось, Вельф принял роль молчаливого лидера, и я вспомнила тот момент, когда вместе с Лидией и Леандро подслушала Вельфа и Филиппа при их первой встречи.
— Ты говорил о задание, которое вам нужно закончить, — заметила я, глядя на Вельфа. — И о жертвах, которые ты принёс. Что это за жертвы?
До сих пор Вельф поглядывал на меня с невозмутимым выражением лица, но теперь, когда я повторила слова, которые он сказал Филиппу в «Гостиной Шёнефельде», он недовольно нахмурился.
— Откуда ты это знаешь? — испуганно спросил Филипп.
— Она нас подслушивала, — пробурчал Вельф.
— Верно, — подтвердила я. — Почему ты появился на похоронах Алки Бальтазар? Ты был с ней как-то связан?
— Точно, — прорычал Вельф.
— Что это была за связь? — спросил Адам.
Вельф долго смотрел на нас, как будто взвешивал, может ли нам доверять или нет.
— Я ненавижу Алку Бальтазар от всего сердца, — в конце концов сказал он. — Она разрушила мою жизнь.
— Что случилось? — тихо спросила я.
Вельф смотрел сквозь меня, и не считая тихого бульканья воды, которая теперь вытекала небольшой струйкой между корней большого дерева, больше ничего не было слышно.
— Это моя вина, — наконец произнёс он едва слышным голосом и посмотрел на светящиеся листья. — Тони не просто поехал в Антарктику, чтобы наобум сразиться с Бальтазаром. Он бы никогда так не поступил. Он знал, что Гвидо Арпади устроил им ловушку, а также, чем может всё обернуться. Он знал, что это будет бой, который решит, смогут ли они в будущем жить мирно или нет. Тони был осторожным человеком и не подверг бы опасности, с которой не мог справиться, ни себя, ни Катерину.
— Что тогда случилось? — хрипло спросила я.
— Тони хотел нейтрализовать Бальтазара. Он что-то подготовил, — Вельф говорил тихо. — Это было то, над чем он возился целую вечность. Я часто спрашивал его, что он задумал, но он всегда только ухмылялся и говорил, что покажет мне, когда закончит, и тогда я буду поражён.
— Значит, он работал над новым и сложным заклинанием? — спросила я.
Вельф кивнул.
— В последний раз мы встретились здесь за несколько дней до его отъезда. Тони был очень серьёзен. Он попросил нас вместе продолжать борьбу с Бальтазаром, если с ним что-то случится. Попросил меня всё организовывать и продвигать дело.
— Правда? — удивилась я.
— Да, мы все поклялись Тони нейтрализовать Бальтазара, — заметил Ким. — Это был трогательный момент, и в ту секунду я подумал, что знаю, что такое настоящая дружба, лояльность и героизм, которые могут преодолеть даже смерть.
— Я ещё сопровождал Тони и Катерину часть пути. Затем вернулся, и мы ждали от него новостей, чтобы решить, что делать дальше, — подавленно произнёс Вельф.
— Но новостей всё не было, и я, в конце концов, пошёл к дому, в котором тогда жила семья Бальтазар. Я хотел узнать, там ли Хеландер.
— И что? — беззвучно спросила я. — Он был там?
— Был, — кивнул Вельф. — Он рассмеялся мне в лицо и сказал, что Тони и Катерина мертвы. Я как раз хотел броситься на него и пробить ему череп, как вдруг всё потемнело.
— Что? — ничего не понимая спросила я. — Что случилось?
— Что случилось? — язвительно переспросил Вельф. — Когда я снова проснулся, я очутился в подвале дома Бальтазаров, только тем временем он был пуст, пуст уже давным-давно. Я был почти мёртв и едва мог двигаться. Чувствовал себя, словно мумия и, скорее всего, именно так и выглядел. Понадобилось несколько дней, прежде чем я смог двигаться. Я позвал Кима, и он сначала выхаживал меня, дал воды и сказал, что с моей отключки прошли чёртовых восемнадцать лет.
— Не может быть, — выдохнула я ледяным голосом.
— Может, — с горечью ответил Вельф. — Мы с трудом воссоздали картину происшествия и пришли к выводу, что это Алка ввела меня в такое состояние, чтобы убрать с дороги. С ее смертью заклинание утратило силу, и я проснулся. Как раз вовремя. Вскоре после моего пробуждения пришли строители и снесли дом семьи Бальтазар до самого фундамента. Это было бы моим окончательным смертным приговором, — Вельф сглотнул. — Как я потом узнал, Хеландер после моего исчезновения распустил слух, что я сдался и ушел, потому что все закончилось.
— И мы поверили, — с горечью выдавил Ким. — Мы ужe знали, что Тони и Катерина мертвы. После того как и Вельф тоже исчез, а Тони запечатал Миндору, наши пути разошлись. Я был так раздосадован, что не мог продолжать, словно нашей близкой дружбы никогда и не было. Я не только не пошел учится, но прямо-таки всячески избегал университета. Гюнтер и Рокко сделали карьеру, а Жизель и Филипп не вернулись как, планировали, потому что заботились о малышах. Между нами больше не было никакой связи.
— Тяжелая история, — промолвил Адам, заметно тронутый его словами.
— Так и есть, — согласился Вельф. — Я до сих пор не понимаю, почему Хеландер и Алка не убили меня тогда.
— Бальтазары не убивают тех, кто еще может им пригодиться, — тихо промолвила я. — Видимо, они сохранили тебе жизнь, потому что думали, что ты еще можешь быть им полезен.
— Эти больные на голову, — простонал Вельф. — Я еще разделаюсь с Хеландером.
— Это будет трудно, — мрачно заметила я.
— В моей жизни остался только один смысл, — решительно заявил Вельф. — Я не нарушу клятву, данную Тони. Я посвящу свою жизнь, чтобы отомстить за него и Катерину и, наконец, стереть Бальтазара с лица земли. И если у вас есть честь и для вас ещё что-то значит ваша клятва и наша дружба, то теперь вы выполните своё обещание, которое дали Тони столько лет назад.
Вельф Боргерсон сказал очень сильные слова, и они как будто оживили когда-то данную клятву. Один за другим, мужчины поднимались со своих мест. Они взяли свои печати, подняли их вверх, пока те не соприкоснулись, и я отчётливо почувствовала, как много лет назад насильно разбитая дружба и дух товарищества мужчин снова крепко сплотились.
Следующие несколько дней я провела в Миндоре, каждый день открывая новые, устроенные c любовью детали, которые превратили это убежище в неиссякаемый источник воспоминаний о моём отце. В нашем доме в Каменном переулке не было ни магических книг, ни других вещей, благодаря которым можно было бы догадаться, что мы семья, обладающая необычными способностями. Но здесь, в Миндоре, мой отец хранил все те вещи, которые дома, в Шёнефельде, попади они в руки детям, могли бы стать опасными. Здесь же кроме сектора с кроватями, был также уголок, где отец хранил магическую литературу, сосуды, наполненные разной землёй и металлами, миски с семенами и травами и ещё больше книг.
В основном это была непростая литература, рассматривающая четыре элемента, и довольно много книг посвященных исключительно созданию сложных словесных заклинаний на старом языке. Также я нашла много книг по пятому элементу, и выглядели они так, будто отец ежедневно с ними работал, такими потрёпанными были обложки и зачитанными страницы.
Пока я использовала время на то, чтобы изучить записи и документацию отца и с каждым часом всё больше удивлялась, какими глубокими были его умение и знания, тем временем Адам наблюдал, как развивается ситуация на поверхности земли.
Морлемы ещё несколько часов караулили перед входом в Миндору и пытались проникнуть под землю, чтобы всё-таки меня поймать. Но потом, в конце концов, сдались и вернулись в своё убежище.
После того, как Морлемы исчезли, мужчины снова собрались за большим столом, чтобы обсудить, что делать дальше. Адам рассказал, что нам уже удалось выяснить об укрытие Бальтазара и что предпринимала Чёрная гвардия, чтобы поймать его.