- И как Любомира ее только терпит? – Послышалось откуда-то со стороны и чуть поодаль. Заряна узнала голоса – то были две неразлучные подружки, что жили неподалеку от дома старейшины.
- А что такое?
- Так растит же дите не свое.
- И что? Плохо ей что ли за старейшиной живется? Ну погулял, мужик, с кем не бывает? Вон твой хотя бы,
- А что мой? Он хоть домой дитев не приносит. Своих кормить нечем.
- Слышь, а тебе девку-то не жалко?
- А чего ее жалеть? Видела какие косы? Как твой огонь! Принесет она еще нам беду! Помяни мое слово!
Голоса стали удаляться, и Заряна больше не могла разобрать, что те бабы говорили. Она сидела на сырой земле, лукошко ее перевернулось, а ягоды просыпались кровавым следом.
Нет, она не заплакала – на ее личике сперва появилась еле заметная, а потом и вовсе широкая улыбка. А над лукошком стал появляться черный туман, который никто не замечал.
Глава 4
У Веры ушло добрых два с половиной часа на то, чтобы привести кухню в порядок. Зато родинка снова уменьшилась и совсем перестала болеть. Дэн и Линда разошлись по своим комнатам, так что за Верой никто не следил. Да и куда она могла деться? Еще раз едва не сойти с ума от зуда за ухом? Нет уж! Ищите дураков в другом месте.
- Ай! – вскрикнула Вера и тут же стиснула зубы. Она случайно ударилась локтем о дверной косяк.
Ушиб словно выдернул ее из мыслей и вернул в реальность. Только вот та оказалась больше похожей на сказку. Только не со счастливым концом, а скорее похожую на произведения Братьев Гримм.
Все больше и больше Вера осознавала, что все, что здесь происходило, было по-настоящему. И нечего было даже думать, что вот сейчас она откроет глаза, и все это окажется дурным сном. Если бы она могла хоть как-то повлиять на события, она бы это сделала. Но ей очень доступно объяснили, что выбора у нее не было. Оставалось только надеяться, что ничего хуже с ней уже не произойдет.
Желудок Веры напомнил, что она три дня ничего не ела. Интересно, а откуда у нее тогда взялись силы на уборку? Вера не была уверена, но думала, что это все еще действовало колдовское снадобье. Но обычный голод-то никто не отменял! И девушка отправилась на поиски еды. В холодильнике ничего съестного не обнаружилось. На полочках и в шкафчиках – тоже. В этом доме даже соли и сахара не было! Зато Вера выкинула целую кучу пустых коробок из-под пиццы.
Урчание в животе стало таким громким, что перекрывало собой тарахтение холодильника. Видимо тот тоже возмущался, что его давно ничем не заполняли. Решив, что имеет право на пропитание, Вера пошла искать своего “хозяина”. Девушка тихонько постучала, но ей никто не ответил. Тогда она постучала громче, но итог был тот же. В другое время она не стала бы настаивать, но сейчас она чувствовала, что с каждой секундой начинает слабеть и вот-вот упадет в обморок.
Дверь не была заперта, и Вера осторожно заглянула внутрь. Сперва ее взгляд зацепился за уже привычный беспорядок, а потом она увидела и самого виновника этого безобразия. Тот сидел на полу, опершись спиной о все еще расстеленный диван. Вокруг Дэна были разбросаны исписанные бумаги, но совсем не те, что были до этого. Вера это запомнила.
- Я закончила, хозяин! – Последнее слова Вера произнесла не без издевки.
- Что? – Дэн посмотрел на нее так, будто вообще забыл о ее существовании.
- Я есть хочу.
- Закажи пиццу.
Колдун опустил голову и снова вернулся к своим записям и больше внимания на Веру не обращал. Она еще немного постояла в дверях, а потом сказала:
- У меня денег нет.
- А? – парень вновь поднял голову, и по его отсутствующему взгляду Вера поняла, что колдун был где-то далеко.
- Денег, говорю, у меня нет.
- Возьми у Линды.
Дэн опять опустил голову, взял ручку и что-то вычеркнул из полностью исписанного листа бумаги. Потом еще раз все перечитал, скомкал лист и швырнул его куда-то в стену. В полете тот успел сгореть и осыпаться пеплом на и без того грязный пол. Вера покачала головой и пошла в комнату, из которой доносилась негромкая музыка. Дверь была закрыта, и Вера постучала.