- Скорую, скорую, - завопила тетя Шура на весь двор. – Человеку плохо!
Из стоявшей неподалеку машины уже выскочили Володькины дружки и суетливо потащили обмякшее тело к автомобилю.
- Ты че, братан, держись, давай, ща уже в больничке будем! – лопотал один из них, загружая Володьку на заднее сиденье.
Букет роз кроваво-красным пятном распластался на дорожке, а незнакомки с доберманами уже не было видно.
В следующий раз я увидела женщину с доберманами через три дня. Точнее, увидела ее Соня, когда мы вечером возвращались домой с пляжа. Вечная беда жителей приморских городов: некогда на море выбраться, чтоб искупаться, да и пляжи целыми днями забиты приезжими, а местные появляются либо рано утром, либо поздно вечером.
- Ой, какие собачки! А можно погладить? – заверещала Соня, вприпрыжку носившаяся вокруг нас с мужем.
Я удивленно моргнула, только после этого вопроса разглядев женскую фигуру, остановившуюся на перекрестке на диво пустынных улиц.
- Погладь. Они ничего тебе не сделают, - ровный голос звучал с еле заметным акцентом.
Женщина лишь мазнула взглядом по нашему семейству и вернулась к созерцанию обелиска, маячившего на вершине горы Митридат.
- И все же ты надеялся на защиту моего лучезарного братца, - промолвила незнакомка, не сводя глаз с монумента.
- Простите, вы что-то сказали? – вежливо уточнил муж, внимательно наблюдавший за доберманами, спокойно позволявшими Соне себя тискать.
- А ты почти не изменился, Филипп, - не меняя позы и интонации, проронила женщина.
- Мы с вами знакомы?
- Нет. Но когда-то ты был верным служителем моего брата.
- Извините, вы меня явно с кем-то путаете, - муж недоуменно рассматривал женщину. Имя она назвала верное, но каких только совпадений ни бывает.
Я же вновь почувствовала удушающий приступ страха и вцепилась в руку Филиппа.
- Ты ничего не помнишь. Это неудивительно, учитывая, какой путь проделала твоя душа. А это было очень, очень умно: поставить преградой между вами и жаждущими мести не расстояние, а время, - незнакомка повернулась ко мне. – Даже я не сразу отыскала вас. Что же до моего братца – он почти утратил свою силу, как и все боги, которых постепенно забывают.
- Извините, нам пора, - непререкаемым тоном произнес Филипп, подхватывая Соню на руки.
Я поняла, что муж счел женщину сумасшедшей, потому и поспешил убрать ребенка от собак, но отчего-то была уверена: Филипп ошибается, и все гораздо хуже.
- Вот тебя я с трудом узнала: ты хорошо выбрала новое тело, ничего общего с моей лучшей ученицей, - женщина не сводила с меня глаз. Она плавно подняла руку, на пальце блеснуло кольцо-печатка, и мой лоб пронзила острая боль. Я сдавленно вскрикнула, краем уха уловила стон Филиппа, и тут на меня всей тяжестью обрушились давно забытые воспоминания.
Колонны храма украшены искусно выполненными горельефами, изображающими собак. Между колоннами весело бегают самые младшие девочки из тех, что учатся в храме целительскому искусству, танцам и декламации. За малышками с легкими улыбками наблюдают молодые жрицы: они неуловимо схожи между собой – статные, высокие, светловолосые, прошедшие длительный отбор и обучение. И все они склоняют головы, приветствуя меня. Я точно знаю, что похожа на этих девушек, ведь и сама я прошла отбор, куда более суровый и долгий, чем они, чтобы стать жрицей.
Верховной жрицей несущей свет Гекаты, одетой в пеплос шафранного цвета.
Хватая широко распахнутым ртом воздух, я изумленно уставилась на Филиппа. Он и в самом деле мало изменился – жрец прекраснокудрого Аполлона, отринувший обеты. Из-за меня.
Никто из нас не оскорблял ни любящую улыбаться Афродиту, ни ее шаловливого сына, но кто-то из них решил сыграть с нами злую шутку – мы полюбили друг друга. Наша страсть была обречена с самого начала: мы служили разным богам, хотя и связанным кровным родством. Мы не должны были видеться нигде, кроме особых празднеств. Но мы находили способы увидеться. А однажды… однажды я отыскала и способ убежать.
Томительно-долгий взгляд в глаза мужа. Отблеск понимания на его прекрасном челе, и я отворачиваюсь, чтобы преклонить колено перед той, чье могущество выходит за границы человеческого разума.
- Ты сумела избежать переправы через Ахерон. Впечатляюще.
Голос богини вызвал в памяти детали обряда, связавшего наши с Филиппом души, и позволившего нам отыскать друг друга в череде перерождений.