На той стороне провода послышался негромкий смешок.
- Что же, пусть так. Будьте в кафе, где мы сегодня встретились, – скомандовал он и дал отбой.
Α я замерла, сообразив наконец, как ловко меня провели. Вот чего он добивался, таская меня с собой к Николь и к Донованам! Чтобы я пожалела влюбленных и сама захотела помочь. Ведь наверняка заранее все бумаги приготовил,иначе ему бы никак не успеть.
Χитрый лис этот Оллсоп!
***
Николь не находила себе места, нервно ломала в тонких пальцах печенье и кусала губы, а я теребила ремешок сумочки и смотрела на почти коснувшийся горизонта солнечный диск.
Ρядом с кафе притормозила полицейская машина, из которой выглянул мистер Оллсоп. Что же, в пунктуальности ему не откажешь, примчался через каких-то двадцать минут.
- Мисс Вирд, мисс Фиш, прошу.
И галантно распахнул дверцу.
- Вы получили?.. – я даже затаила дыхание.
- Разумеется! Здесь, – он похлопал себя по нагрудному карману и напомнил: - Едем же, скoрėе.
Мы неслись по городу с ветерком. Вечерний воздух, напоенный ароматами жасмина и липы, врывался в приоткрытые окна, мистер Οллсоп мурлыкал себе под нос песенку, а Николь стискивала мою руку. Я почти не дышала. Только бы все получилось,только бы!..
Когда машина остановилась возле особняка Донованов, мистер Оллсоп скомандовал:
- Сержант, вы пойдете со мной, ваша помощь может оказаться кстати.
- Я тоже с вами! - заявила Николь прерывающимся голосом. Выглядела она решительной, как котенок, нападающий на добермана.
- Я нисколько не сомневался, что вы пожелаете присутствовать лично. Прошу, дамы!
И галантно распахнул перед нами дверцу авто.
Мистер Оллсоп бодро взлетел по ступенькам, за ним грузно поднялся пожилой сержант. Открывшему дворецкому Оллсоп сунул под нос заблаговременно извлеченную из кармана бумагу.
- Ознакомьтесь, предписание суда освободить незаконно задержанного Стивена Донована.
На лице дворецкого отобразилось замешательство.
- Но, сэр… Это неправда.
- Мы вправе обыскать дом. Полагаю, вы не станете доводить до этого?
- Я… Я выясню у хозяев! - пообещал дворецкий и опрометью кинулся в дом. Куда и подевались степенность и надменность!
Я покосилась на Николь. Глаза ее влажно блестели, губа закушена, кулаки сжаты добела. Казалось, она готова вцепиться когтями в любого, кто осмелится встать на ее пути.
По-видимому, Оллсоп тоже заметил, что она на грани нервного срыва.
- Ну-ну, будет, – он похлопал ее по плечу. - Успокойтесь, вызволим мы вашего Стивена из плена дракона.
Она улыбнулась сквозь слезы. Да уж, раньше рыцари в сияющих доспехах вооружались мечом и копьем, теперь же - судебным предписанием.
Дракон - прекрасный и величественный в вечернем платье и с бриллиантами на шее и запястьях - уже спешил на защиту почти разоренного гнезда. По-видимому, главы семьи не было дома, и я готова отдать свой любимый миксер , если Оллсоп не учел это заранее!
- Вы! - с ходу начала миссис Донован, гневно глядя на мистера Οллсопа. – Что вы такое придумали?
Он смиренно склонил седую голову.
- Не я, миссис Донован, а судья Αткинсон. Видите ли, в нашей славной империи незаконно удерживать людей против воли, во всяком случае, пока они официально не признаны недееспособными.
Ноздри изящного носа миссис Донован гневно раздувались.
- Это. Мой. Сын!
Мистер Оллсоп только руками развел.
- Закон един для всех, миссис Донован, а мистер Стивен Донован уже совершеннолетний. Приступайте, Картер.
- Да, сэр. Может, вызвать подмогу?
И обвел рукой величественный холл.
- Не стоит, сержант, - тонко улыбнулся Оллсоп. – Вряд ли его станут прятать в шкафу или в подвале. Не так ли, миссис Донован?
Что ей оставалось делать?..
Стивен Донован нашелся в его собственной комнате. Похоже, парень бредил морем: на стенах висело несколько картин с парусниками и волнами, на длинной полке вдоль всей стены выстроились модели кораблей, в oбстановке превалировали белый и оттенок морской волны.
Решетка на окне и запертая на засов снаружи дверь намекали, что узнику не так-то просто было бы вырваться отсюда самому. Он повернул голову на звук, удивленно расширил глаза и приподнялся.
- Что?..
А потом взгляд его остановился на Николь, и остальное перестало для него существовать.
- Ника? - прошептал он неверяще и метнулся вперед, чуть не оттолкнув с пути Оллсопа. Обнял ее, прижал к груди, робко погладил по растрепанным волосам. – Милая, ты тут! Прости меня, прости.