Мама молчит.
- Мам, давай Деду Морозу закажем коньки? Так коньки хочется!
Мама молчит.
- Мам, а давай мы в следующий раз...
- Давай, - говорит мама безразличным голосом.
- Или давай мы сейчас поедем к нему в гости на Север и попросим коньки? Давай?
- Помолчи. Ты слишком много разговариваешь на морозе, - говорит мама.
- Ведь можно к нему в гости поехать?
- Помолчи, я кому сказала?
Все это глубоко несправедливо по отношению к девочке. Именно несправедливо.
19
А что же справедливо по отношению к детям? На этот вопрос не ответишь, его можно задавать лишь своей совести.
Тогда спросим, что несправедливо по отношению к детям, что заглушает их совестливость?
Несправедливо бранить ребенка за плохое учение, если он отстал от школы, запутался, потерял интерес к учению.
Несправедливо сегодня бранить ребенка за то, что вчера ему позволялось.
Несправедливо растить ребенка одного, без домашних друзей - братьев и сестер; эту коренную несправедливость нельзя углублять раздражением, которое вызывается тем, что такой ребенок требует постоянного внимания к нему. Ребенку-одиночке так же трудно, как и матери-одиночке.
Несправедливы все фразы, начинающиеся со слов: "У тебя на уме одни только..." (гулянки, тряпки, железки, танцульки, собаки, мальчишки, дружки и так далее).
Несправедливы все попреки - едой, уходом, возрастом, бездельем. Несправедливо одевать ребенка хуже других и при этом раздражаться, когда он что-нибудь просит.
Несправедливо... - составим список собственных несправедливостей; это и будет наш личный домашний учебник педагогики. Устраним, если можем, несправедливое, и в ближайшие пять - десять лет наш ребенок станет совестливым человеком.
"Так долго ждать?!" Что делать? Совесть вызревает очень медленно, поэтому-то педагоги и не жалуют ее.
20
Старательность - первый признак совестливости. Старательность - справедливость труда. Давно известно: все, что стоит делать, должно быть сделано на совесть. В самом выражении "работа на совесть" заключено признание совести как высшего мерила человеческого труда, единого на всех. Мы восхищаемся памятниками архитектуры, потому что в них не только красота, но и совесть. Архитектура - застывшая совесть строителей, и безобразные дома - свидетельство о времени, когда совесть была в упадке.
Но и каждая вещь говорит о совести, учит совестливости, передает чью-то совесть. К сожалению, вокруг нас слишком много бессовестно сделанных вещей, и это затрудняет воспитание детей, незримо разлагает их души. Будем стараться, насколько возможно, чтобы детей окружали вещи, сделанные на совесть, будем стараться и сами все делать на совесть. Вот область, где побуждение может соседствовать и с принуждением: старательная работа. Когда мы заставляем ребенка слушаться, мы подчиняем его себе. Когда мы заставляем его хорошо работать, мы вместе подчиняемся правде и совести, мы показываем пример подчинения. Я знаю женщину, которая не доверяла своей шестнадцатилетней дочери мыть полы: "У тебя силы еще нет, ты не сумеешь хорошо вымыть, только грязь развезешь". Девочка выросла и стала замечательно аккуратной хозяйкой. Мама приучила ее к труду на совесть, хотя не позволяла ей ничего делать.
Как интересно в воспитании! Одни заставляют работать - и воспитывают отвращение к труду. Другие запрещают работать - и воспитывают трудолюбие.
21
Из всего непонятного, что есть в человеке, больше всего удивляет не закон внутри нас, а то, что когда мы нарушаем его, поступаем не по совести, она мучит нас. Мы испытываем угрызения совести и стыд. Совесть - закон, за нарушение его - наказание. Самое тонкое и самое страшное:
Понять это невозможно. Что, в самом деле, доставляет мучения? Прищемил палец, зажат нерв - боль. Это понятно. А что же болит, когда нас мучит совесть?
Между тем для Пушкина совесть - почти всегда мучение. Совесть жалит, совесть грызет, совесть - змея:
Но где же гетман? где злодей?
Куда бежал от угрызений
Змеиной совести своей?
В трагедии "Анджело": "И Анджело смущенный, грызомый совестью..." Грызомый совестью - каково?
Ну и конечно, нельзя не привести отрывок из монолога Барона - Скупого рыцаря:
Иль скажет сын,
Что сердце у меня обросло мохом,
Что я не знал желаний, что меня
И совесть никогда не грызла, совесть,
Когтистый зверь, скребущий сердце, совесть,
Незваный гость, докучный собеседник,
Заимодавец грубый, эта ведьма,
От коей меркнет месяц и могилы
Смущаются и мертвых высылают?..
Сердце, желание и совесть поставлены в один ряд. Сердце (чувства), желания и совесть - основа человечности. Муки совести Пушкин изображает постоянно; кажется, он и представить себе не может человека без совести, неспособного испытывать стыд, - нет такого. И знаменитые слова: "Да, жалок тот, в ком совесть нечиста" - произнесены пушкинским царем Борисом как укор самому себе - в свой, а не в чужой адрес сказаны.
Да, жалок тот, в ком совесть нечиста.
Но что же сказать о людях, у которых совесть так чиста, так незамутненна, что не мучит их никогда, ни при каких обстоятельствах?
В пору себя пожалеть, когда жизнь столкнет тебя с таким человеком - "без стыда, без совести", таким, что "врет и не краснеет".
Каждый из нас хотел бы вырастить детей, которые знали бы муки совести, знали, что такое стыд, и старались бы избежать его, чтобы у них был, пушкинским же словом говоря,
И страх порока и стыда...
В этой строчке из "Евгения Онегина", которую мы обычно читаем, не вдумываясь в нее, в этом разделении порока и стыда кроется глубокое понимание природы человеческой души.
В одной из трагедий Еврипида, жившего в пятом веке до нашей эры, героиня ее, Федра, говорит, что различаются два вида стыда. Первый - "ужас перед разоблаченными чувствами" ("страх стыда"), второй - это стыд, который боится порока ("страх порока"). "Да, - говорит она, - стыд не у всех людей одинаков; есть даже два стыда, совершенно различных, только, к несчастью для людей, эти два стыда заходят один в другой и потому в небрежной речи носят одинаковое имя" (цитирую по "Книге отражений" Иннокентия Анненского).
К несчастью для людей!
Да, к несчастью, многие из нас знают лишь стыд первого вида - стыд разоблачения, стыд, который возникает, когда нечаянно открывается тайное прегрешение, интимное, тайное чувство или душевное движение, когда мы попадаем впросак, когда над нами смеются или могут посмеяться, когда нам кажется, что кто-то плохо подумал о нас, когда мы чересчур открываемся другому. Так случилось с Кити в "Анне Карениной": она танцевала вальс с Вронским, но вдруг он увидел Анну: "Кити посмотрела на его лицо, которое было на таком близком от нее расстоянии, и долго потом, чрез несколько лет, этот взгляд, полный любви, которым она тогда взглянула на него и на который он не ответил ей, мучительным стыдом резал ее сердце".
Этот стыд знают лишь тонкие натуры, это результат строгого воспитания на оттенках, такого воспитания, что матери достаточно приподнять бровь в удивлении - а дочери стыдно. Чтобы у растущих наших детей была способность к такого рода стыду, они и за всю жизнь не должны услышать ни одного грубого слова, ни одного упрека или попрека. Умные родители стараются закалять тело ребенка, а совесть закалки не требует, совесть должна быть чуткой.
Но еще важнее тот единственный вид страха, который украшает человека - страх порока, великое "не могу".
Принято прославлять могущество человека, выходят книги о возможностях людей; человек, говорится в них, велик, человек все может.
Нет, человек велик тем, что на свете есть много такого, чего он не может. Педагогика испокон века движется в сфере "хочу" и "надо", но первое, но главное слово человеческое - "не могу". Оно основание нравственности, оно основание совести, оно основание духа. Не могу!