Во внутреннем мире нет никакого «материала», в нем лишь то, во что человек верит. Верит он, что в мире есть красота и честность, – это есть и в его внутреннем мире. Не верит – совсем другой мир в нем. Вера – своего рода материал, из которого выстроен внутренний мир. Надежда – его план, маршрут его движения. Нет веры – желания не рождаются, нет надежды – желания угасают.
Вера и надежда не то, что чувства, воля, мысли, – это какое-то иное, отличное от других свойство души, на которое почему-то обращают гораздо меньше внимания, чем на чувства и на волю. А между тем именно от способности верить и надеяться полностью зависят и чувства, и воля – полностью.
В реальной жизни, в реальной речи и, значит, в реальном нашем сознании слово «вера» используется на каждом шагу.
Мы говорим: «вера в победу», «вера в людей», «вера в будущее», «вера в жизнь», «вера в искусство», «вера в свое мастерство».
Мы говорим: «я верю в себя, в свою судьбу, верю в удачу»; девушки, обманутые молодыми людьми, обычно жалуются: «Он подорвал мою веру в людей!» – и это действительно зло. Вера в людей – большая ценность, на нее посягать нельзя.
Мы говорим: «я верю в него», «я верю, что он станет большим художником», «я верю в его талант», «я поверил в него» или, наоборот, «я разуверился в нем».
Мы говорим: «уверять», «твердая уверенность», «уверенный» или «не уверенный в себе».
Есть лишь одна область, где понятие «вера» не исследуется и не встречается, а именно та, где оно должно быть одним из центральных – область педагогики, область воспитания детей. В этом, на мой взгляд, одна из серьезных причин неудач в воспитании. Чувство было признано после ума и воли, вера же и надежда не признаны до сих пор.
Вера, надежда, любовь – не просто поэтический набор, это первая забота каждого воспитателя, а может быть, и единственная забота. Представим себе человека, который ни во что не верит, ни на что не надеется и ничего, никого не любит. Это строгое описание мертвой или, лучше сказать, парализованной души. Так бывает после большого несчастья или при несчастном воспитании, когда родители делают из своих детей душевных паралитиков.
Почти все, если не все трудности с детьми и подростками связаны с тем, что ребята не доверяют взрослым, не верят их словам, недоверчиво относятся к их ценностям, а то и вообще ни во что не верят. Воспитывать таких детей практически невозможно: они бессердечны и не знают пределов безжалостности. Они не понимают наших слов не потому, что глупые или упрямые, а потому, что у них нет чувств, нет способности не только сочувствовать, но и просто чувствовать. Чувство и вера связаны между собой. Без веры и надежды чувства нет.
Постоянный спор: как чувства влияют на знания? Как знания действуют на чувства?
Знания и чувства связаны верой. Она как трансформатор, она вроде бы и чувство («горячая вера»), вроде и знание. Для того чтобы человек действовал, ему нужна вера в свои силы, в свои действия, в мир, который его окружает. В людей, с которыми он сотрудничает или встречается. Знание нужно человеку для укрепления его уверенности в успехе своих действий. Если я знаю, что у меня ничего не получится, то ведь и желание действовать не появится. Желание возникает лишь тогда, когда есть какая-то надежда на его исполнение.
Душе человеческой нужна вера, а разум современному человеку нужен именно для того, чтобы он, человек, был в состоянии верить.
Не случаен ведь девиз «подвергай все сомнению». Подвергай все сомнению не для того, чтобы во всем сомневаться, а для того, чтобы твердо верить в то, во что веришь, чтобы вера сохранилась, чтобы всегда мог ответить на вопрос: «Во что ты веришь?»
Вера и сомнение волнуют душу и ум, как страсть. Со-мнение – два мнения, альтернатива. Сомнение требует выбора, успокоения – его дает знание и вера в него, убеждение; но вновь появляется сомнение… Внутренний мир словно пульсирует: вера – новое знание – сомнение – вера – сомнение – новое знание – сомнение – вера… – и так пока человек живет и развивается. Лишь только пульсация «вера – сомнение – знание» прекратилась, останавливается и развитие.
Так разум входит в самую сердцевину души. Не только по обычным нашим представлениям: мол, есть чувства и есть господствующий над ними ум; нет, и в самом истоке чувства тоже разум – составная часть веры. Верю или не верю – вот пресс разума на чувства.
Ум и сердце – лед и пламень, их не соединить, и кажется, будто человек непременно должен конфликтовать сам с собой. Он и действительно конфликтует, как только теряет веру, как только ломается передаточный механизм между умом и сердцем и они превращаются в чистый лед и чистое пламя – все разваливается, сгорает, погибает. Человек становится бессильным, и можно точнее объяснить почему.