В подростковом возрасте Хадиджа была счастливым воином азербайджанского национально-освободительного движения, и к тому времени, когда страна проголосовала за независимость от русских и их разваливающейся империи, она уже знала все слова "Азербайджанского марша". Она начала свою карьеру в журналистике через год после обретения Азербайджаном независимости и наслаждалась свободой писать практически обо всем, о чем хотела — по крайней мере, до тех пор, пока придерживалась мягких тем, таких как поп-культура и истории, связанные с человеческими интересами. И избегала таких тем, как политика и управление.
Азербайджанская Республика довольно быстро превратилась из подающей надежды демократии в нефтяное государство, контролируемое горсткой старых советских аппаратчиков во главе с бывшим главой КГБ Азербайджана Гейдаром Алиевым. Перед смертью в 2003 году президент Гейдар Алиев обеспечил передачу власти своему сорокалетнему сыну Ильхаму, который получил образование в университете в Москве и до своей политической коронации занимал пост вице-президента государственной нефтяной компании, заключая сделки с крупнейшими западными нефтяными компаниями.
Режим Алиева второго поколения быстро расправился с любой серьезной политической оппозицией, скупил большинство СМИ в стране и отодвинул на задний план практически любого журналиста, который занимался тем, что должен был делать журналист, например выяснял, как расходуются государственные средства. Единственный репортер, который в 2005 году все еще пытался проводить такого рода расследования, Эльмар Гусейнов, был убит в том же году, в него выстрелили шесть раз в упор на лестничной площадке его жилого дома. Урок, который команда Алиева, похоже, хотела преподнести всем, кто работает в сфере журналистики, был вполне очевиден. Но Хадижа уже давно не принимала официальные уроки за чистую монету. Это оказалось вторым решающим поворотным пунктом в ее жизни. Гусейнов "был единственным, кто говорил о коррупции в первой семье", — вспоминает Хадиджа. "Он был единственным, кто раскрыл коррумпированный бизнес Первой семьи. И он заплатил за это страшную цену. Он потерял свою жизнь.
"Когда мы узнали об убийстве, первое, что пришло мне в голову, — это то, что мы [другие азербайджанские журналисты] тоже виноваты в этом. Мы — часть проблемы, потому что он был единственным, и они решили, что легко добиться тишины, убив одного. Если бы нас было больше, они бы не рассчитывали на полную тишину, убив одного журналиста. Так что мы тоже несем ответственность за его смерть".
Хадиджа решила продолжить начатое Эльмаром Гусейновым дело, хотя не имела ни малейшего представления о расследовании мошенничества и коррупции в правительстве, ни о том, как проследить за движением денег через государственную нефтяную компанию, ни о том, как обнаружить оффшорные подставные компании, используемые для сокрытия денежных следов. За обучением и советом она обратилась в OCCRP, соучредителями которой в том же году стали Пол Раду и Дрю Салливан. Пол вывел ее на раннюю утечку финансовых документов из Панамы, в которых были указаны владельцы подставных компаний, действующих в известных налоговых гаванях по всему миру. Некоторые из документов указывали на Алиева и его семью, и Хадиджа скрупулезно соединила все точки, а затем смело опубликовала свои выводы в Азербайджане. "Это был огромный прорыв", — говорит Пол Раду. "До этого момента семья Алиевых действовала в темноте. Хадиджа была той, кто приоткрыл занавес. Она раздвинула его, чтобы мир увидел коррупцию режима".
Особенно показательными были репортажи Хадиджи о, по-видимому, очень развитых и впечатляющих отпрысках Ильхама Алиева. Работая шефом бюро Радио Свободная Европа/Радио Свобода (РСЕ/РС), она обнаружила целый шлейф документов, свидетельствующих о поразительном портфеле активов детей человека, получающего государственную зарплату в размере 230 000 долларов в год. Двум дочерям Алиева удалось накопить между собой, и еще до того, как им исполнилось двадцать пять лет, крупные пакеты акций авиакомпаний, банков, компании мобильной связи, а также предприятия по добыче золота и серебра. Кроме того, они владели недвижимостью по всему миру на сумму 30 миллионов долларов. Их младший брат в возрасте одиннадцати лет приобрел недвижимость в Дубае стоимостью 44 миллиона долларов.
Родственники президента Алиева, в свою очередь, контролировали крупные операции в банковской сфере, страховании, туристическом бизнесе, косметике, автосалонах и строительстве — все под зонтиком Pasha Holdings. Семья первой леди, Пашаевы, построила торговый центр, жилую башню, отель Four Seasons, JW Marriott Hotel и Amburan Marriott Beach Resort со скоростью и эффективностью, которые не укладывались в давно установленные местные сроки. Мелких строителей всегда тормозили налоговые органы, пожарные и строительные инспекторы, которые ожидали, что им заплатят. "Неудивительно, — отметил один иностранный дипломат в Баку, — что проекты Pasha Construction практически не сталкиваются с подобными проблемами и в целом являются одними из самых быстровозводимых в Азербайджане".