— Успеешь?
— Выбора нема… Но это п.здец засада-на, Мартин. Тут курган, явно. Пацаны-на уже черепок какой-то выкопали. Сантиметров пятьдесят-на земля, а дальше все, звизда. Кирками сейчас будем ху.рить-на.
— Это херово.
— Шо у тебя по медицине? Я с вечера не зае.бывал, сам за.баный был, ну и ты говорил, шо все ах.енно будет.
— Я тебе и сейчас мозг мусорить не буду. Все нормально будет, по максимуму. Отработаем, но лучше бы не пришлось.
— Та отож. Все, давай, размещайся там, зброю выдай только моим. А то мы тут и копаем, и смотрим, — и Алмаз кивнул на аккуратно лежащий на автомате «Пульсар».
— Там на краю мой Механ сидит. Передай своим, чтоб нашли его, он скажет, где зброю забрать. И остальное до рассвета сгрести бы надо, бо спалимся.
— Далеко?
— Метров до двухсот. Проеб.ли чутка с маршрутом. Но то такое, приныкали нормально машину, и если что — нести ближе.
— Лучше бы не пришлось-на.
— Да, лучше бы не пришлось.
Молчим, курим в яме. Слева и справа раздается хэканье и стук лопат, странные звуки для обычной летней ночи. Кто бы сказал еще два с половиной года назад…
— Короче. Хватай свою тяпку, я сейчас за пуликом сгоняю и сяду у тебя тут за СП. Все равно делать нечего.
— Копай себе дневку, ховаться по светлому надо будет, увидят — п.зда нам-на.
— Лопату именную серебряную дома забыл. Да нормально все, под утро выкопаю. Сколько теплаков?
— Один.
— Бля.
— Еще два ночника, но такие-на, хероватые.
— Ладно. Механа я тебе на правый край поставлю, ночник возьмет.
— На левый-на его загоняй, справа Иисус в посадке шарится, ядреную-на бомбу мастерит.
— Понял-принял. Ща вернусь, три минуты.
Я поднялся и, пригибаясь, потопал в посадку. Обернулся, сузил глаза под мутными очками. Старлей, командир мотопехотной роты, тяжело взмахивал лопатой, всаживал ее в твердую землю и шумно выдыхал при каждом ударе. В нескольких сотнях метрах восточнее, за полем, невидимая сейчас нами, стояла брошенная жителями Белокаменка.
… Включить, подождать полминуты. Подняться, стать на болящие колени и потихоньку, слева направо, за минуту ощупать черно-белый мир, пытаясь сквозь тепловизор понять, дотянуться, потрогать — это точно не человек там, на поле? Движется? Может, лежит, точно так же всматриваясь в меня через свой такой же теплак?
Через минуту картинка в теплаке замыливается, нужно выключить и подождать. Лежу на земле, пытаюсь проморгаться, рассматриваю огромное небо, раскинувшееся сверкающими каплями над двумя восточными областями. Мерцают, собаки такие. Боже, красиво-то как, даже на мой невпечатлительный взгляд айтишника, никогда не поднимавшего взгляд выше монитора. Красиво. Прохладный ночной ветер подлетает к грязному лицу, гладит прозрачными пальцами кожу, проводит по переносице какой-то легкой сухой травинкой и улетает дальше, прочь от маленькой горстки уставших теплых людей, копающих землю, которой миллиарды лет.
…Еще удар, еще. Плохо наточенное лезвие лопатки вбиваю в землю, стоя на коленях, отбрасываю аккуратно, нельзя расшвыривать, палевно будет, поэтому вот так вот, холмиком. Капля пота скатывается по носу, повисает на кончике и падает в пыль. Бух. Бух. Надо было свою лопату с террикона везти. Именную, мля. Серебряную. С инкрустацией. Бух. Что ж тебе дома не сиделось, воин, мля, ох.евший. Бух. Не, главное «куда вы без меня, я такмед, я в учебке инструктором был!». Инструктор хренов. Бух. Маленькие дети, ни за что на… Бух… свете не ходите, дети, в «warbelt’e» копать. По штабу рассекать — оно да. Воевать, мабуть, тоже. В Волновегасе бередить сердца юных и свирепых вспшников… Бух… Но копать… Лучше бы я лопату взял. Уууух. Перерыв. Что ж колени так болят, а? Нема наколенников, не подобрал удобные, а неудобные раздал. Надо было себе штаны такие понтовые, со встроенными «коленями», купить. Ага. Но — дорого. Нам еще машины перед маршем доворачивать, бабла уйдет, ооой, сколько. Нахер мне те штаны, лучше еще один аккум на моторолу прикупить. И маленькие — на теплак. На теплак даже нужнее. Все, отдохнул? Потом покуришь, айтишник мотопехотный, инструктор, мля, невероятный. Бух. Ччерт, светает уже, быстрее надо…
… Включить теплак. Осмотреть поле. Выключить, экономя батарею. Лечь спиной на землю, почувствовать все ее неровности, бугорки, впадинки…
… Бух. Еще раз. Еще. Покури, братан, я тебя подменю. Молодой хлопец, три недели как из учебки, сворачивается на дне ячейки и с наслаждением хлебает теплую воду. Бух. Отдохни, я покопаю, я же медик, мля…
… Включить теплак…