— Второй будет, не? — Вася хлопает себя по карманам в поисках сигарет.
— Риторический вопрос.
На дорогу неторопливо выползают Хьюстон и Ляшко. Ляшко идет впереди, выглядывая проволоку, а за ним Хьюстон тащит одну из двух наших АСТ. Дошагав до середины дороги, ровно под траекторией пролетевшей ракеты, Ляшко решительным жестом указывает Хьюстону на землю. Хьюстон раскладывает АСТ, раздвигает деревянную треногу, аккуратно ставит ее на щебенку и отходит. Ляшко приникает к окулярам, мы молчим, затаив дыхание. Через минуту Коля разгибается, промаргивается и машет нам рукой.
— Ну, шо, Ляшко? Дембель виден? — кричит Вася и поднимается.
— Видно то, шо птура більше нема. А про дємбєль ще нєясно, — мудро отвечает Ляшко и отходит, давая возможность Хьюстону собрать стереотрубу.
— А если бы они въ.бали? — уже тише спрашивает ротный.
— Так птур мєдлєнно літить, ми би з`їбались, — отвечает Ляшко и с недоумением смотрит на командира.
Вася машет рукой. Я ойкаю и бегу спасать картошку. Командир объявляет о приезде начштаба и идет за мной.
— Хлеба возьми! — кричу я.
— Та нема ж хлеба! Славян же обещал привезти, — отвечает Вася.
— Так набери Викторыча и скажи, нехай четыре больших буханки купит, як будет ехать. Мы деньги отдадим. Потом.
Вася кивает и начинает звонить. Телефон Арагорна… тьфу, начштаба вне зоны. Какой предусмотрительный мужчина.
Едим подгоревшую картошку. Хорошая штука — влажные салфетки, ими все делать можно, даже посуду мыть.
На самом верху Хьюстон и Ляшко ставят флаг. Хьюстон копает яму, Ляшко держит древко и рассказывает Хьюстону, как нужно правильно копать. Флаг развевается, маленький Ляшко приосанился и невероятно героически выглядит. Выглядел бы, если бы был не в драном сером свитере, ватных штанах времен Первой Мировой и с намотанным на шею шарфом какого-то удивительно гражданского коричневого цвета. Мда. Не таких нас показывают по телевизору. Хотя, как делаются сюжеты для новостей, я понял ещё месяца три назад, когда после абсолютно рядовой перестрелки к нам приехали телевизионщики под контролем целого пресс-офицера штаба сектора и наснимали такой херни, что потом сюжет смотреть не хотелось. Наверное, тогда у меня и закрепилась особая любовь как к пресс-офицерам, так и к штабам секторов.
За поворотом дороги, возле прицепа, сиротливо стоит наш зеленый бусик. Прости, дорогой, ты сейчас бесполезен, это тут, на терриконе, по смеси грязи и щебенки еще можно ездить, а внизу тонут в жирной чёрной грязи голые деревья. Надо Механу сказать, чтоб завел тебя и погонял чуток, с твоим дохлым аккумом это просто-таки жизненно необходимо.
О, кстати о необходимостях. Вон Квартал идет.
— Квартаааал, — зову я, и маленький рыжебородый водитель подходит, чавкая по глине дутиками на четыре размера большими, чем надо. Молчит, смотрит на меня, моргая белесыми ресницами.
— Ты выиграл в Большую Военную Лотерею, — говорю я и замолкаю.
— Это ты про что? — осторожно спрашивает Квартал. — В отпуск поеду вне очереди?
— Не, ты не перегибай насчет отпуска. Треба баню натопить сегодня.
— Ох.енно, — говорит Квартал, на его лице написано «и нахер я из блиндажа вылез?» — А на четвертый день на новой позиции мы решили попариться. Кто так делает вообще?
— Мы так делаем. Пехота. У нас есть баня, она беспалевно стоит тупо посреди террикона, и пока ее не разнесли нахер сепары на сотню печальных кусочков, нужно ее использовать. Давай, кочегарь. На все деньги.
— Дров нема. Тока на буржуйку.
— Возьми бус, спустись вниз и спили пару акаций. Заодно и машину погоняешь.
— Мда.
— Ага. Я ж говорю — в лотерею выиграл. Извини, брат, ты первый попался на глаза. Бери пример со Шматко — я его уже сутки не видел. Кстати, на «попилить» Лома возьми, он со своим «Штилем», кажись, и спит в обнимку.
— Ключи от бусика дай.
— Они в бусике. Где-то там. Внутри.
— Эх… — Квартал разворачивается и уходит.
— Ляшкооооо! — кричу я. — Проволоку от птура не сматывай, подожди, пока энша заедет! При нем смотаешь. Для пущего, так сказать, эффекту…
… «Колупатор» — это старый «Урал», на котором сверху прикреплена кабина, стрела с ковшом и два недоліка, которые никогда, слышишь, никогда не смогут выкопать то, что тебе надо. А еще «колупатор» — это тот самый помощник от Славяна.
«Урал» рычит, жужжит, скрипит, лязгает и ворочает темно-зеленой стрелой, и вообще, кажется — он вот-вот рассыплется… Или взмоет ковш, сдвинутся покарябанные металлические листы, раздадутся странные звуки, и машина трансформируется в здоровенного старого зеленого робота.