Люси Элсворс расхохоталась так громко, что Генри зашевелился во сне, и Мэри предупреждающе приложила палец к губам.
— Ш-ш-ш. Не вижу ничего смешного в этой истории, — сказала она. — Я думаю, это было жестоко по отношению к молоденькой девушке.
Зажав рот носовым платком, Люси выскочила в коридор. Мэри вздохнула и выключила свет в комнате Генри.
Доктор Мэтью Свейн, проезжая мимо дома Кенни Стернс, сбавил скорость. Надо посмотреть, подумал он, не вывалилось ли из подвала еще какое-нибудь тело. Увидев открытое окно в подвал и черные, развевающиеся на ветру занавески, Док вырулил на обочину и затормозил.
«Боже мой, — подумал он, — если они там заснули с открытым окном, у Мэри все палаты будут забиты больными алкоголиками». Свейн вышел из машины и медленно подошел к окну. Он решил заглянуть внутрь и проверить, все ли в порядке, а потом захлопнуть окно, если никто из них не в состоянии это сделать.
«Со стороны это можно принять за благородный жест, а правда заключается в том, что я просто не могу упустить шанс заглянуть в этот подвал». Док наклонился и посмотрел в окно. «Интересно, — спросил сам себя Свейн, — как они живут в такой вони уже шесть недель?»
— О, Бог ты мой! — воскликнул доктор.
Кенни Стернс весь в крови лежал возле лестницы, ведущей из подвала.
— Он мертв, черт меня подери, — сказал доктор. — Если я когда-нибудь видел человека, умершего от потери крови, то это Кенни Стернс в эту минуту.
Доктор выпрямился и быстро пошел в соседний дом, чтобы по телефону вызвать скорую помощь.
Через несколько минут улица напротив дома Кенни Стернса заполнилась народом, и, когда прибыла машина скорой помощи, водитель и его помощник вынуждены были пробивать себе путь через толпу к подвалу Стернса. Телефоны не умолкали во всем городе. Все, кто уже спал или читал журналы возле камина, поспешили выйти из дома на холод и присоединиться к толпе, наблюдающей за тем, как «Док вытаскивает пьянчуг из подвала Кенни».
— В тюрьме происходит все точно так же, — сказал д-р Свейн Сету Басвеллу несколькими минутами позже. — Кто-то может назвать это grape-vine, но мне всегда казалось, что это похоже на две гигантских антенны. Никто не признается в том, что сказал хоть слово, но через минуту после происшедшего, об этом уже знают абсолютно все.
Он посмотрел на группу стариков, которых в такой холод можно было увидеть на улице, только когда они направлялись в магазин Татла или возвращались оттуда.
— Ради Бога! — взревел доктор. — Проваливайте отсюда, дайте пройти!
К машине поднесли косилки и осторожно поставили внутрь, толпа загудела.
— Бедняга Кенни.
— Он умер?
— Господи! Посмотри, сколько крови!
— Я слышал, он хотел бритвой перерезать себе горло.
— Вскрыл вены разбитой бутылкой.
— Они переругались и схватились за ножи. Перепились, конечно.
Скорая помощь четыре раза подъезжала к подвалу. Первым увезли Кенни, последним — Лукаса.
С краю толпы, крепко держа за руку маленького брата, стояла Селена Кросс. Когда из подвала вытащили кричащего, ругающегося, воюющего с воображаемыми насекомыми Лукаса, Сачена почувствовала, как Джо прижался к ней, зарылся головой в юбку. Водитель скорой помощи и его помощник заломили Лукасу руки и, крепко держа его за холку, тащили через газон напротив дома Стернса.
— А вот и Лукас Кросс! Осторожно!
Толпа веселилась, наблюдая эту картину Лукас упирался ногами в землю, изо всех сил сопротивляясь медбратьям, которые тащили его к машине.
— Осторожно! — кричал он и прятал лицо в белые халаты.
— Все в порядке, Лукас, — успокаивал его д-р Свейн. — Все будет хорошо. Иди с этими ребятами, они тебе помогут.