Миссис Коллинз, старая женщина, чью дочь Лина когда-то лечила от депрессии:
— Дорогая, я благодарна тебе за помощь моей дочери. Но город умирает. Если молодежь уедет, останемся только мы, старики. А потом и нас не станет. И Солти Коаст превратится в город-призрак. Ты ведь не хочешь этого?
Каждый разговор был ножом в сердце. Лина слушала, кивала, обещала подумать. Но внутри росла паника.
Эйдан вывел ее из зала, видя, что очередь желающих поговорить не кончалась:
— Хватит. Ты не обязана отвечать всем прямо сейчас.
Они вышли на улицу. Было темно, холодно. Лина дрожала — не от холода, а от эмоций.
— Они правы, — прошептала она. — У них семьи, дети, ипотеки. А у меня просто здание.
— Это не просто здание. Это место силы. Магия. Помощь людям.
— Но магия не накормит семьи. Не оплатит счета.
— Нет. Но есть вещи важнее денег.
— Скажи это Саре, которая потеряет дом!
Эйдан обнял ее, и Лина заплакала в его плечо — тихо, устало, отчаянно.
— Я не знаю, что делать. Правда не знаю.
— Тогда не решай сейчас. Дай себе время.
Они шли домой медленно, по темным улицам. Город казался пустым — мало огней в окнах, никого на улицах. Умирающий город, цепляющийся за последнюю надежду.
Следующие дни были адом. Куда бы Лина ни пошла, люди останавливали ее. Просили, умоляли, иногда требовали.
Кто-то был вежливым, кто-то агрессивным. Один мужчина даже накричал на нее на улице:
— Ты эгоистка! Думаешь только о себе! Из-за тебя весь город страдает!
Эйдан тогда встал между ними, и мужчина ушел, продолжая бормотать ругательства.
— Может, они правы, — сказала Лина вечером. — Может, я действительно эгоистка.
— Нет. Ты имеешь право защищать то, что важно для тебя.
— Но не за счет других?
— А что, если продашь пекарню, а проект провалится? Что, если эта компания обещает, но не выполняет? Ты потеряешь пекарню, а люди все равно останутся без работы.
Лина не думала об этом. Эйдан продолжал:
— Я изучил эту компанию. "Прибрежные горизонты". Они строили три подобных курорта в других регионах. Два из них закрылись через год после открытия — не окупились. Третий работает, но создал лишь десять процентов обещанных рабочих мест.
— Но откуда ты знаешь?
— Я же архитектор. У меня есть связи в строительной сфере. Я позвонил нескольким коллегам, они навели справки. Эта компания хороша в презентациях, но плоха в реализации. Они обещают золотые горы, а на деле строят посредственные объекты, которые быстро теряют привлекательность.
Лина смотрела на него широко раскрытыми глазами:
— Значит, они обманывают город?
— Не совсем обманывают. Просто преувеличивают. Обещают больше, чем могут дать. А когда проект проваливается, они уходят, оставляя людей ни с чем.
— Нужно рассказать людям!
— Я пытался. Говорил с мэром, с членами городского совета. Они не хотят слушать. Говорят, что это единственная надежда, что рисковать надо, что ничего не делать хуже, чем попытаться.
Лина опустилась на стул:
— Значит, что бы я ни сделала, будет плохо. Если продам — город получит посредственный курорт, который быстро закроется. Если не продам — меня будут винить в смерти города.
— Да. К сожалению, именно так.
Они сидели в тишине. Лина чувствовала себя загнанной в угол, без выхода, без выбора.
В пятницу вечером пришла Ивонна. Села напротив Лины, взяла ее за руки:
— Я слышала, что происходит. Весь город говорит только об этом.
— Я знаю.
— И что ты решила?
— Не знаю. Ивонна, я правда не знаю. С одной стороны — пекарня, магия, наследие Марты. С другой — люди, их жизни, их будущее.
Подруга кивнула:
— Понимаю. Это практически невозможный выбор.
— А ты что думаешь? Только честно.
Ивонна задумалась:
— Честно? Я думаю, что ты не несешь ответственности за весь город. Что это не твоя вина, что завод закрылся. Что тебя ставят перед выбором, которого не должно быть. Но еще я думаю... что если есть способ помочь людям, не продавая пекарню, нужно его поискать.
— Какой способ?
— Не знаю. Но ты маг, не побоюсь этого слова. Ты помогла десяткам людей. Может, есть способ помочь и городу?
Лина покачала головой:
— Магия не работает так. Я не могу испечь хлеб, который создаст рабочие места.
— Может, не хлеб. Но что-то другое?
Лина не ответила. Потому что не представляла, чем могло бы быть это "другое".
В субботу к пекарне подошла группа протестующих. Человек десять, с плакатами. "Город важнее одного здания!", "Думай о людях, а не о камнях!", "Продай пекарню и спаси Солти Коаст!".