— Что это?
— Альтернатива. — Эйдан встал, подошел ближе. — Я думал всю ночь. Роберт говорит, что нужна земля пекарни, потому что это самое удобное место. Центр, близко к морю, видимость. Но это не единственное место.
Он указал на схему:
— Смотри. Вот здесь, на восточной стороне города, заброшенная фабрика. Закрылась десять лет назад. Большое здание, хорошая земля вокруг. Если ее снести и построить отель там — тоже будет близко к морю. Чуть дальше от центра, но это даже лучше — туристы не будут мешать жителям.
Лина смотрела на чертеж, пытаясь понять.
— Но зачем им соглашаться? Они хотят именно нашу землю.
— Потому что наша земля им не нужна для отеля. Она нужна, чтобы разрушить сердце города. — Эйдан посмотрел ей в глаза. — Роберт не дурак. Он знает: если построить отель на окраине, а центр оставить исторический — получится другой проект. Не массовый туризм, а нишевый. Аутентичный. Люди будут приезжать не за стандартным отдыхом, а за атмосферой, традициями, историей.
Он развернул другой лист — уже более проработанный чертеж:
— Я набросал концепцию. "Квартал Наследия Солти Коаста". Пекарня — в центре. Вокруг нее — реконструированные старые здания. Мастерские ремесленников. Маленькие галереи. Кафе с местной кухней. Магазинчики с изделиями ручной работы. Гостевые дома в исторических зданиях, а не номера в отеле из стекла и бетона.
Лина уставилась на чертеж и боялась поверить.
— Это... это так красиво. Но откуда деньги? У нас нет пятнадцати миллионов.
— Не нужно пятнадцать миллионов. — Эйдан показал расчеты. — Я прикинул. Реконструкция, а не новое строительство. Местные материалы, местные мастера. Гранты на культурное наследие — они существуют, просто никто не подавал заявки. Туристические агентства, специализирующиеся на аутентичном туризме — они ищут такие места. Организация народного сбора средств. Небольшие инвестиции от разных источников.
Он посмотрел на нее:
— Три-четыре миллиона. Значительно меньше, чем проект Роберта. Но реальные деньги, от реальных людей, заинтересованных в сохранении, а не разрушении.
— И рабочие места?
— Меньше, чем обещает Роберт. Может быть, пятьдесят-восемьдесят в первый год. Но стабильно. Для местных ремесленников, поваров, гидов. Торвальд мог бы возить туристов на рыбалку на своей лодке. Джулиан — вести художественные мастер-классы. Ева — открыть книжный клуб. Пусть каждый работает с тем, что умеет.
Лина с восхищением смотрела на чертежи:
— Ты сделал все это за одну ночь?
— Это только набросок. Концепция. Нужны недели, чтобы проработать детали. Но да, основа есть. — Он взял ее за руки. — Лина, мы можем попробовать. Предложить городу альтернативу. Не "или-или", а третий путь.
— Но вчера они проголосовали...
— Вчера они голосовали из страха. Потому что не видели другого выхода. Но если мы покажем, что выход есть — может быть, они передумают.
Лина обняла его, крепко, отчаянно:
— Спасибо. Спасибо, что веришь. Что борешься.
— Я борюсь за наш дом. За тебя. За нас.
Лина показала Эйдану письмо Марты. Он прочитал, изучил рецепт.
— Хлеб Ясности, — медленно произнес он. — Ты собираешься его печь?
— Да. Уже скоро. На рассвете.
— Это... это безопасно? Марта говорит, что требует много сил.
— Не знаю. Но я должна попробовать. — Лина посмотрела на него. — Твой проект — это разум, логика, планы. Мой хлеб — это сердце, чувство, интуиция. Вместе, надеюсь, мы сможем убедить город.
— Когда раздашь хлеб?
— Завтра. На площади. Объявлю сегодня — бесплатная раздача для всех желающих. "Хлеб примирения". Не буду говорить о магии. Просто хлеб.
— А потом?
— Потом, когда люди поедят, когда прояснится их видение, ты покажешь свой проект. Возможно, они увидят все по-другому. Возможно, захотят попробовать.
Эйдан кивнул:
— Хорошо. Тогда у меня сегодня есть целый день, чтобы доработать чертежи. Сделать их понятными для обычных людей, не архитекторов.
— А я буду печь.
Они поцеловались — долго, нежно, как будто черпая силы друг у друга.
Рассвет был ясным и холодным. Лина стояла на кухне пекарни, глядя в окно на небо, окрашенное в розовые и оранжевые тона.
Время начинать.
Она достала муку — местную, от мельника из соседнего городка, который мелет пшеницу, выращенную на полях вокруг Солти Коаста. Воду — из родника в горах, куда Эйдан ездил специально. Соль — морскую, которую приобрела в местной лавке. Мед — от старого пасечника, чьи пчелы собирают нектар с лугов у моря.