Лина сказала "да". Не сразу, ответ дался не совсем легко, но сказала. Потому что научилась у Марты прощать. Открывать сердце, даже когда больно.
Музыканты играли на скрипке и гитаре — простую, нежную мелодию.
Эйдан стоял у арки в темном костюме без галстука, с белой рубашкой. Рядом — Торвальд, тоже без галстука, загорелый, улыбающийся, помолодевший лет на десять.
Ивонна шла первой — в нежно-голубом платье, с распущенными волосами, украшенными венком из цветов. Сияющая, счастливая, совсем не похожая на ту серую мышку, которой была год назад.
Потом Лина — под руку с Уолтером, медленно, стараясь не споткнуться от волнения.
Эйдан смотрел на нее, и в глазах было все — любовь, восхищение, благодарность.
Уолтер передал ее руку Эйдану, прошептав:
— Береги ее.
— Всегда.
Отец Майкл стоял под аркой с молитвенником. Он венчал обе пары одновременно — необычно, но символично.
— Мы собрались здесь, чтобы соединить две пары, которые нашли любовь, веру и надежду. Ивонна и Торвальд. Лина и Эйдан. Четыре человека, ставшие основой возрождения нашего города. Четыре сердца, бьющиеся в унисон.
Он говорил о любви, о верности, о том, что брак — это не только радость, но и труд. О том, что вместе можно преодолеть любые трудности.
Потом клятвы. Сначала Торвальд и Ивонна.
— Я, Торвальд, беру тебя, Ивонна, в жены. Обещаю любить тебя, поддерживать, быть рядом в радости и в горе. Обещаю каждый день показывать тебе море и рассказывать его истории.
Ивонна смеялась сквозь слезы:
— Я, Ивонна, беру тебя, Торвальд, в мужья. Обещаю любить тебя, вдохновлять, быть рядом всегда. Обещаю читать тебе книги вслух и варить кофе по утрам.
Потом Эйдан и Лина.
— Я, Эйдан, беру тебя, Лина, в жены. Обещаю строить и улучшать наш дом беспрерывно. Обещаю есть твой хлеб до конца жизни и говорить, что он лучший в мире. Обещаю быть твоей опорой, твоим партнером, твоим другом.
Лина улыбалась, слезы текли по щекам:
— Я, Лина, беру тебя, Эйдан, в мужья. Обещаю печь для тебя всегда. Обещаю делить с тобой радость и боль, успехи и неудачи. Обещаю любить тебя всем сердцем, открытым и свободным.
Кольца. Простые серебряные кольца — Эйдан сделал их сам, для всех четверых. На внутренней стороне выгравировано: "Вместе".
— Объявляю вас мужьями и женами. А теперь, молодожены, можете поцеловаться.
И они целовались — Торвальд и Ивонна, Эйдан и Лина — под аплодисменты, смех, музыку.
Празднование длилось до поздней ночи. Ели, пили, танцевали, смеялись. Дети бегали между столами, старики рассказывали истории, молодежь танцевала под живую музыку.
Лина танцевала с Эйданом медленный танец под звездами. Его руки обнимали ее крепко, надежно.
— Счастлива? — спросил он.
— Очень. А ты?
— Больше, чем могу выразить.
Они кружились под музыку, и Лина смотрела вокруг — на гостей, на город, на море, темнеющее вдали. Все это было ее домом. Ее семьей.
Ивонна и Торвальд танцевали рядом, прижавшись друг к другу, счастливые.
— Мы сделали это, — прошептала Лина.
— Что именно?
— Все. Спасли город. Построили будущее. Нашли любовь. Создали семью.
— Мы только начали, — ответил Эйдан. — Впереди вся жизнь.
— Я знаю. И я готова прожить ее с тобой.
Поздно ночью, когда гости разошлись и музыка стихла, Лина и Эйдан сидели на крыльце пекарни. Усталые, счастливые, все еще в свадебных нарядах.
— Миссис Холт, — сказал Эйдан, пробуя на вкус новую фамилию.
Лина засмеялась:
— Звучит странно. Я всю жизнь была Лина Берг.
— Можешь оставить свою фамилию. Или взять двойную. Берг-Холт. Как хочешь.
— Берг-Холт, — повторила Лина. — Мне нравится. Прошлое и будущее вместе.
Они сидели в тишине, и море шумело, как всегда. Верное, вечное, неизменное.
— О чем ты думаешь? — спросил Эйдан.
— О Марте. Хотела бы, чтобы она видела это. Тетя Марта была бы счастлива. Видела бы, что я не подвела ее.
— Она видит. Я уверен. И гордится тобой.
Лина прижалась к нему:
— Спасибо. За все. За то, что боролся. За то, что показал, что такое настоящий дом. За то, что любишь меня.
— Спасибо тебе. За то, что впустила меня в свою жизнь. За то, что наполнила мою жизнь смыслом. За то, что ты есть.
Они поцеловались — долго, нежно, и этот поцелуй, казалось, длился целую вечность.
Год спустя.
Солти Коаст продолжал развиваться.
Культурный центр работал на полную мощность. Мастерские всегда были заполнены — местные жители и туристы лепили горшки, вырезали фигурки из дерева, ткали ковры. Галерея Джулиана принимала художников со всей страны. Музей пополнился новыми экспонатами.