Она достала из своего сундука отрез простого, но качественного льна темно-зеленого цвета.
— Это я себе на платье берегла, да куда уж мне теперь. А тебе — в самый раз. Под цвет твоих глаз.
Весь остаток утра мы с ней колдовали. Она кроила и шила с такой скоростью, что я только диву давалась. Платье получилось простым, без оборок и кружев, но оно сидело на мне идеально, подчеркивая все, что нужно, и скрывая то, что видеть не следовало.
— А теперь главное, — сказала Иветт, закалывая мне волосы. — Просто будь собой. Ты не знатная дама, и не пытайся ею казаться. Ты — мэтр Элис. Лучший пекарь этого города. И тебя позвали именно поэтому. Говори о том, в чем разбираешься. И слушай.
***
Дорога в замок в карете, которую прислала за мной леди Илза, показалась мне сном. Я смотрела в окно на проплывающие мимо улицы и не могла поверить, что это происходит со мной.
В замке меня встретила фрейлина Элара. На этот раз она была сама любезность.
— Мэтр Элис, леди Илза ждет вас в малой гостиной.
Она провела меня в светлую комнату с огромными окнами, выходящими в сад. Леди Илза сидела в кресле у камина.
— Элис! Наконец-то! — она встала мне навстречу. — Проходите, садитесь. Я так рада, что вы смогли прийти.
На маленьком столике уже стоял изящный фарфоровый сервиз и блюдо с крошечными, ювелирной работы, пирожными.
Первые несколько минут разговор был натянутым. Я робела, отвечала односложно. Леди Илза пыталась говорить о погоде, о городских новостях, но чувствовалось, что ей это скучно.
— Ох, — вздохнула она наконец, отставляя чашку. — Простите, Элис. Я совершенно не умею вести светские беседы. В столице это было проще, там всегда что-то происходит. А здесь… такая скука! Одни и те же лица. Одни и те же унылые приемы. Мой брат, — она закатила глаза, — считает, что вершина гостеприимства — это подать на ужин жареного кабана и молча смотреть, как гости его едят.
Я невольно улыбнулась.
— Может быть, стоит попробовать что-то новое? — осмелела я, вспомнив совет Иветт.
— Новое? — она с интересом посмотрела на меня. — Что, например? Устроить бал-маскарад? Элдрид меня убьет. Он ненавидит все эти «глупости».
— Не обязательно бал, — сказала я. — Можно устроить что-то менее формальное. Но более… живое.
— Например?
— Например, пикник, — выпалила я. — Пока еще тепло. На берегу реки. Без тяжелых столов и фарфора. Плетеные корзины, клетчатые пледы на траве. Легкие закуски, фрукты, пунш. Люди смогут гулять, разговаривать, дышать свежим воздухом. Это не прием, это — впечатление.
Леди Илза смотрела на меня, и ее глаза загорались.
— Пикник… — прошептала она. — Какое интересное слово. Идея… просто восхитительная! Почему я сама до этого не додумалась?
— Или, — я уже вошла в азарт, — можно устроить тематический вечер. Праздник молодого виноградного сока. Или вечер поэзии при свечах. Главное — создать атмосферу. Еда — это не просто топливо, это часть общего настроения. Для пикника — тарталетки с ягодами и сырные палочки. Для поэтического вечера — пряные коврижки и глинтвейн…
— Глинт… что?
— Горячее вино со специями, — пояснила я. — Согревает и тело, и душу. Но злоупотреблять не стоит! Чрезмерное употребление алкоголя вредит здоровью.
— Боги, Элис, вы просто кладезь идей! — она захлопала в ладоши, как ребенок. — Вы должны, вы просто обязаны помочь мне все это организовать! Мы с вами перевернем этот скучный город! Мы устроим такой пикник, о котором будут говорить до самой зимы!
Я смотрела на ее сияющее, ожившее лицо и понимала, что Иветт была права. Я говорила о том, что знала и любила. И эта знатная, скучающая дама слушала меня, как завороженная!
Именно в этот момент дверь в гостиную тихо открылась, и вошел Элдрид.
Он остановился на пороге, увидев нас, оживленно болтающих. Мое сердце пропустило удар и забилось сильнее в груди.
— Брат! — воскликнула Илза. — Ты как раз вовремя! Мы с Элис тут придумали нечто гениальное! Мы устраиваем пикник!
Он медленно вошел в комнату. Его взгляд скользнул по сестре, а потом остановился на мне.
— Я слышал, — сказал он своим низким голосом. — Идея хорошая.
— Хорошая? Да она великолепная! — щебетала Илза. — Элис — просто сокровище!
Я почувствовала, как заливаюсь краской под его взглядом. Я встала.
— Ваша светлость, ваша милость, мне, наверное, уже пора. В пекарне ждут дела.
Нужно было бежать. Бежать от этого взгляда, от этого голоса, от своих собственных сумасшедших мыслей о нём…
— Конечно, Элис, — Илза тоже поднялась. — Спасибо вам огромное! За чай, за идеи! Мы должны обязательно это повторить!
Я сделала реверанс и поспешила к выходу. Когда я проходила мимо Элдрида, он сказал тихо, так, чтобы слышала только я: