— Зеленый цвет вам к лицу.
И все. Это была последняя капля. Я вылетела из гостиной, почти бегом пересекла гулкие коридоры и вывалилась на улицу, жадно глотая холодный воздух.
Что это было? Что со мной происходит?!
Он лорд, правитель этих земель. Я никто рядом с ним. Он живет в этом замке, а я — в маленьком домике на окраине. Между нами пропасть. Океан. Любые мысли, любые надежды — это безумие. Глупость. Он просто добр ко мне, как к овдовевшей женщине. А его комплимент… это только вежливость.
Я повторяла это себе всю дорогу домой. Я пыталась выкинуть его из головы, заставить свое глупое сердце биться ровнее!
“Сосредоточься на деле!” — говорила я себе. Пекарня. Рецепты. Династия. Вот что важно.
А лорд… лорд — это просто уважаемый господин. И ничего больше!
Но, засыпая в ту ночь, я почему-то вспоминала не восторги леди Илзы, а тихий голос, сказавший: «Зеленый цвет вам к лицу».
И я понимала, что проигрываю эту битву с собственным сердцем.
Глава 31
Пикник, организованный нами с леди Илзой, прошел с оглушительным успехом и задал в Остервике новую моду. Теперь знатные дамы соревновались друг с другом в изяществе закусок и оригинальности развлечений, а «Сладкий уголок Элис» стал неотъемлемой частью любой светской затеи.
Я была поглощена работой. Новые заказы, новые рецепты, обучение моей маленькой команды. Я старательно забивала голову делами, чтобы не оставлять в ней места для мыслей об Элдриде. Я убеждала себя, что его комплимент был всего лишь вежливостью. Что его теплый взгляд — плод моего воображения.
Но он начал приходить чаще, будто испытывая моё сердце на прочность!
Он больше не был таинственным незнакомцем в плаще. Он приходил открыто, как лорд и хозяин помещения. Обычно под вечер, когда суета в пекарне утихала.
— Элис, — говорил он, входя, — я хотел бы обсудить наши квартальные отчеты.
И мы садились за маленький столик в пустом торговом зале. Лукас, видя его, тут же тактично испарялся в производственный цех.
Сначала мы и правда говорили о делах. Он с неподдельным интересом рассматривал мои учетные книги, которые я тщательно вела от руки.
— Удивительно, — сказал он как-то, разглядывая мои столбики «дебет-кредит». — Так просто и так наглядно. Наши казначеи ведут учет гораздо сложнее, и в итоге в нем сам черт ногу сломит.
— Это просто здравый смысл, — пожимала я плечами. — Нужно четко видеть, сколько ты потратил и сколько заработал.
Но очень скоро наши деловые разговоры начали меняться.
— Ваши расходы на муку выросли в этом месяце, — заметил он, изучая очередной отчет.
— Да. Мельник Ганс поднял цену. Говорит, неурожай.
— Он лжет, — спокойно сказал Элдрид. — Урожай в этом году отличный. Просто он решил, что раз вы теперь работаете на замок, то можете платить больше. Я поговорю с ним.
И он действительно говорил. На следующий день Ганс прибежал ко мне бледный, извинялся и клялся, что это была ошибка.
Наши беседы все чаще уходили от цифр к жизни.
— Я заметил, вы стали закупать много книг, — сказал он однажды, увидев на полке несколько томиков, которые я купила у бродячего торговца.
— Я люблю читать, — призналась я. — Это помогает отвлечься.
— И что же вы читаете? — он взял в руки одну из книг. — «Трактат о выращивании лекарственных трав». Неожиданный выбор для пекаря.
— Я ищу новые сочетания вкусов, — нашлась я. — Мята, розмарин, лаванда… Их ведь можно добавлять не только в отвары, но и в выпечку.
Он посмотрел на меня с интересом.
— А вы читали «Историю Эрталинских войн» мастера Герода?
— Нет, — я покачала головой. — Я больше по практическим руководствам.
— Напрасно, — он вернул книгу на место. — Это не просто хроника сражений. Это книга о людях. О верности, предательстве, о трудном выборе. Я пришлю вам экземпляр из своей библиотеки. Думаю, вам понравится.
И он прислал. И я прочитала. А в следующий его визит мы почти час спорили о мотивах одного из героев. Я обнаружила, что он невероятно образован. Он знал историю, разбирался в политике, цитировал древних философов. С ним было… интересно. Ужасно, головокружительно интересно.
Он ценил мой ум. Задавал мне вопросы об организации работы, о том, как я управляю своей командой.
— Как вам удается заставить их работать с таким энтузиазмом? — спросил он. — Мои стражники в казармах готовы удавиться от одного вида строевой подготовки.
— Я не заставляю, — ответила я. — Я их учу. Я объясняю, зачем нужен каждый шаг. И я им доверяю. Люди готовы свернуть горы, если чувствуют, что их ценят и в них верят.