– Скучно, - хныкнула мелкая, отбрасывая тряпку в сторону.
– А дышать пылью и грязью нравится? - усмехнулась я. – Кстати, от этого можно заболеть. Потом придётся горькие микстуры пить и дома сидеть.
– Ты не врёшь? - прищурившись, буркнула девочка.
– Не-а, - весело мотнула головой и отправилась отмывать коридор.
Комнату Дарины я пока не трогала. Там сложены её вещи, а мне не хотелось смущать женщину. Так что я с усердием отмывала коридор и лестницу.
– Какая чистота! - восхитилась Дарина, поднявшись наверх. – Мирка, а ну прекращай лениться! Пока не уберёшься, никакого ужина, так и знай!
– Ну, мама, а кушать? - жалобно скривила моську малышка.
– Не мамкай, а быстро за уборку принимайся, - строго рявкнула женщина. – У тебя ещё есть минут пятнадцать. И чтобы хорошо делала, я проверю!
– Может, я ей помогу? - тихо спросила, кивая на расстроенную девочку.
– Не надо, ты и так много сделала, а дел ещё полно. Пусть… Совсем разленилась. После смерти мужа я её особо не гоняла. Жалела, девочка отца потеряла. А теперь понимаю, что зря. Разбаловала. Ну ничего, это можно исправить. Идём вниз, гостиную вместе разберём.
Пожав плечами, я направилась за Дариной. Я не сильна в воспитании детей, и не помню, как воспитывали меня. Так что, лезть не буду. Да и могу ли?
Уж лучше потрачу время с пользой.
Вооружившись ведром, тряпкой и щёткой, я принялась оттирать мягкую обивку дивана. В одном Дарина точно права, нам нужно как можно скорее привести дом в порядок и открыть пекарню. Сомневаюсь, что у Дарины много денег, чтобы жить, не работая.
С этими мыслями я ещё усерднее принялась счищать грязь с обивки.
Ничего… Зато потом надо будет только поддерживать чистоту. А с этим справится даже ребёнок.
Я усмехнулась, подумав про Миру. О да, она-то справится.
Плотный ужин после тяжелой работы кажется ещё вкуснее. Горячая, мясная похлёбка обжигала. Но потерпеть хотя бы ещё немного не было сил. Казалось, стоит только расслабиться на мгновенье, как так же уснёшь.
Дарина улыбаясь, поглядывала на нас. Даже Мира, вняв угрозам родительницы, с рвением принялась за уборку. А теперь засыпала с ложкой в руках, грозясь клюнуть носом в тарелку.
Дарина, заметив, как дочь постепенно сползает со стула, весело сообщила:
– А у нас ещё пирог есть, яблочный. Вкусны-ы-ый!
– Где? - сон слетел с Миры мгновенно. Мелкая села ровнее и принялась внимательно разглядывать стол.
Словно от её пристального взгляда на столе обязательно что-то появится.
– А ты похлёбку доешь, потом пирог будет. С чаем и малиновым вареньем.
Тут даже я подобралась.
Когда тарелки опустели и были убраны, Дарина на стол поставила благоухающий пирог, вазочку с вареньем и дымящийся чаёк.
– Девочки, обживаться здесь будет сложно, - заговорила Дарина, обведя нас серьёзным взглядом. – Ты, Мира, пойдёшь в школу. Как и положено.
– Ну ма-ам, - заканючила мелкая, морща носик. – Ты же сама меня учишь, а я бы тебе здесь помогала.
– Ну уж нет, - фыркнула Дарина. – Помогать мне будет Лина, а ты после школы. И не спорь! У меня просто не будет времени с тобой заниматься. Да и… Найдёшь себе подружек, будешь гулять.
– Не хочу подружек, - скуксилась малышка. – Они вредные.
– Почему? - тут уже пришла моя очередь удивляться.
Я не знаю, были ли у меня подруги, но от этого слова веет теплом и радостью. Словно со мной происходило что-то очень хорошее. Со мной и с подружками.
– Они вредные и обзываются, - тихо пробормотала Мира, отворачиваясь.
– Здесь будет всё иначе, милая, - вздохнула Дарина, грустно улыбнувшись. – Никто тебя обижать не будет. А если будут…
– А если будут, то ты мне говори, - грозно нахмурилась я. – Я им всем задам! Я же твоя старшая сестра, мне положено защищать тебя.
Я подмигнула в ответ на неуверенную улыбку Миры. Обижали её, значит…
Мне стало больно, словно это меня обижали. Не представляю Миру в слезах. И не хочу видеть. Так что я не солгала, заступаться за сестру буду, пусть и наше родство вымышленное.