Стоп. Они обвинили ее в предательстве и отравлении принца.
Кто они?
И кто я?
Сглотнув подкативший к горлу комок, сделала над собой усилие, оттолкнулась от мощенной камнем дороги и прислонилась к шершавому камню спиной. В голове гулял туман. Мысли текли неспешно и напоминали кисель.
Ариша! Любимая племянница. Я оставила ее в квартире совсем одну и исчезла. Бедная малышка. Как же так? Куда я попала?
Мутный после насильственного усыпления взгляд блуждал по темной безлюдной улице. Мрачные дома – похожие один на другой – возведены из серо-синего камня. Черепичные крыши местами прохудились и зияли большими дырами. Из закопченных труб клубился тонкий дымок. На окнах одинаковые серые наличники. Изредка с той стороны белели занавески. Все вокруг вообще выглядело серым, тусклым, грязным; по дороге ветер гонял обрывки газет и тряпье.
Помассировала виски пальцами.
Они обращались ко мне герцогиня Айлин Бертран. Я заняла тело аристократки? Куда в таком случае делась душа норы Бертран?
Глупый вопрос. Пытки, каким подвергли герцогиню, не всякий мужчина – переживет. Меня словно раскатали гигантской скалкой, сплющили органы, переломали все кости. Потом обвиняемую, наверняка, исцелили магией, раз она тут используется повсеместно, но это не помогло. Айлин умерла. Я заняла ее место.
– Какой кошмар…
Пробормотав, с трудом осмыслила перемещение в дикий суровый край, где у меня ни единого шанса на светлое будущее.
Да. Герцогине сохранили жизнь, но навсегда повесили клеймо преступницы, изгнали из высшего общества, сюда… как они назвали это место? Ах, да. Вдовьи Земли. Что это за земли и почему их считают гиблыми – еще только предстоит разобраться. Вечерело. Моросивший дождь усиливался.
Я глухо выругалась. Хватить лежать на пустынной дороге. Обвинители Айлин только порадуются, если она сдастся без боя и умрёт. Я… Мы не доставим им такого удовольствия.
Переждав головокружение, справилась с очередным приступом тошноты и с третьей попытки поднялась. Колени дрожали, правда, уже через минуту стало легче. Благодаря холоду и дождю я почувствовала прилив сил. Опираясь ладонью о шершавую стену, поплелась прочь от увеселительного заведения. То располагалось в нескольких десятках метрах по улице, над его дверью сияла магическая вывеска.
Оценив безрадостные перспективы, пошла вперед. Душа болела за Аришу, за брошенный не по своей воле земной мир. Я больше никогда не увижу родных, сестру, друзей. Я так долго добивалась повышения на работе, столько трудилась, и, наконец, получив заветную должность шеф-повара… провалилась в пыточную императорского подземелья!
– Чтоб вам всем стало пусто, - прошипев, ощутила во рту гадкий металлический привкус. Последствия пыток? Или так новый организм реагирует на потерю памяти и родовой магии?
Магия. О ней даже думать пока боюсь. Понятно, что будь мой дар активен, я бы немедленно себя согрела, избавила от боли, а затем сплела поисковое заклинание на обнаружение подходящего ночлега… Ого. Раньше ничего подобного в мыслях не было. Припоминаю опыт герцогини?
Стиснув зубы и пообещав ей вернуть былое положение, разобраться – почему девушка пошла на преступление и, если повезет, обелить теперь уже наше общее имя, я поплелась по безлюдной улице. Жилые дома сменялись какими-то лавками, снова потянулись дома, а потом я наткнулась на заброшенное здание с добротным крыльцом. Да, именно заброшенное. Потертые стены. Окна выбиты. Входная дверь скрипит на единственной разбитой петле. Внутри – темно, сухо и ни единого шороха. А вот что сразу удивило – в глубине мерцал огонёк.
Дождь из мелкого разошелся до ливня. Изодранное платье промокло и прилипло к продрогшему телу. В туфлях хлюпала вода. Искать другую крышу над головой – не было времени. Я поежилась на промозглом ветру и неохотно шагнула в темное здание.
Прикосновение к железной дверной ручке обожгло лютым холодом. Отдернув пальцы, вошла в затуманенный пылью холл и осмотрелась. Пусто, обшарпанные стены покрывает плесень и толстые нити серебряной паутины. Высокие потолки тают во мгле, в углах сверкают сломанные светильники.