Погода благоприятствовала походу. К полудню солнце начало припекать. Иван объявил долгожданный привал. Набрали в чистой луже дождевую воду, бросили в нее рыбу и горсть риса. В ожидании обеда Полина успела подремать, сидя на вещах. Щенки, обнаглев, спали вокруг нее, разомлев под теплыми лучами солнца. Их не пугал дым и люди. Они вели себя, как одомашненные собаки. Мамаша оставалась в стороне, но не проявляла беспокойства по поводу потомства. Возможно, она вообще решила, что воспитывать ее детей, так как она осталась без мужа, обязаны всей биосферой.
— Подъем, соня, пора получать калории. — Произнес Иван, дотронувшись до Полининой лодыжки.
Она открыла глаза и потянулась. Щенки тоже проснулись и сонно поднялись на ноги, покачиваясь на них.
— Как получилось?
— Съедобно. Присаживайся. — Иван указал ей на заранее уложенный в несколько раз плед, используемый ночью в качестве подстилки под спальный мешок.
— Ого, по-барски. — Полина протерла глаза и потерла щёки. — Сны такие снились, как будто и не было ничего. Город, улицы, автобусы, галдёж. Так спокойно и привычно.
— Во сне нам дают, чего не хватает в жизни. — Иван налил ей в миску «ухи».
— А тебе что снится? — Спросила Полина, забирая обед. — Ой, горячая.
— Поставь на камни. — Предложил Иван. — А мне сны редко снятся, в год может быть пару раз. После катастрофы не помню ни одного. Устаю сильно, сплю крепко, как будто свет в комнате выключили и через секунду включили.
— Говорят, кто не видит сны, то просто их не запоминает. А я нервная дама, если днем мне кто-нибудь настроение испортит, то ночью такие сны снятся, что, если их рассказать, в дурку определят моментально. Сама не знаю, откуда такое в моей голове берется.
— Ничего, ты научишься жить расслабленно и плохие сны перестанут сниться. — Пообещал Иван. — Как супец?
— Отлично. Такие ингредиенты сложно испортить. Думаю, мы с тобой, как только жизнь немного придет в равновесие, откроем кафе, или как там их раньше называли, трактир на пересечении оживленных дорог. Я буду управляющей, а ты по хозяйственной части. Мы с тобой станем бизнесменами, а детей наших воспитают баба Валя и тетка Алёна.
— Ого, какие планы. — Иван улыбнулся. — Лучше будет если Алена найдет себе мужа, а мы сами воспитаем своих.
— Значит, решено, у нас будут общие дети? — Полина заливисто рассмеялась. — Ладно, прости, это я бегу впереди паровоза. Но бизнес у нас точно будет общий. Я вижу в тебе хватку и трудолюбие, а я прекрасно разбираюсь в людях и умею продавать.
— Менять. — Поправил ее Иван.
— Что менять? — Не поняла Полина.
— Торговля в ближайшее время будет выглядеть, как бартерный обмен, шило на мыло и обратно. — Пояснил Иван.
— Да пофиг, к рукам все равно что-нибудь прилипать будет. Заодно уши будем держать открытыми и приторговывать информацией. Я смотрела фильм про старые времена, там один трактирщик, его правда потом убили, хорошо зарабатывал на том, что услышал от посетителей.
— Вот именно, потом убили. Меньше знаешь — крепче спишь.
— Эх, Ваня, нет в тебе духа авантюризма. — Полина посмотрела на серьезного Ивана, занятого обедом.
— Жил без него и дальше проживу. — Ответил он.
— Ты же не обиделся. — Полине показалось, что она перегнула палку, назвав его Ваней. Это прозвучало немного снисходительно, как при обращении к деревенскому дурачку.
— На что?
— Блин, у тебя всегда такие односложные ответы, как будто тебе не нравится со мной общаться. — Полина артистично надула губы.
— Я сейчас ем. Поговорим по дороге.
— Сразу видно, что у человека не было сотового телефона. Не привык ты к тому, что звонок может застать в самое неподходящее время.
— Это недостаток?
— Я не знаю, как это воспринимать сейчас. Ладно, ешь, интроверт-социофоб, по дороге поговорим, когда у тебя рот будет свободен. — Полина активно застучала ложкой.
Иван доел и сразу дал понять, что переваривать обед, подставив лицо под приятные лучи солнца, не получится. Сразу начал собираться в дорогу. Котелок с горячей «ухой» взял с собой. Полина хотела попросить минут пятнадцать, которые ничего не решают, на расслабление, но глядя, как собирается Иван, поняла, что он не одобрит ее просьбы. Вздохнула и тоже стала собираться.
Вскоре дорога стала полого подниматься вверх вместе с руслом реки. Естественно, оно было сухим, но перед подъемом образовалось небольшое озерцо. Иван задумчиво осматривал окрестности. Возвышение появилось недавно, во время прохождения тектонической волны. До этого рельеф местности был идеально ровным. Вспучивание, пускай и обширное, и менее выраженное, чем под Уренгоем, все равно пугало предположением, что под ним находится какая-то активность, которая со временем проявит себя. Он уже уяснил, всё, что стало другим, несло опасность.