У домов разделились. Борис направился к себе, остальные в цех Ивана.
— Да тут за час не перетаскать. — Марсель раньше никогда не интересовался сколько рыбы солил и коптил Иван.
— Быстрее управимся. Цепляем на себя, сколько унесем. — Он поставил стремянку и начал отцеплять веревки с рыбой от полотка. — Через плечо, как бусы у женщин.
— Я чувствую себя папуасом с хорошей добычей. — Пошутил Марсель.
— Лучше папуасом с добычей, чем бледнолицым на столе у папуаса. — Пошутил Родион Сергеевич.
— Иди, хватит уже, а потом возвращайся. — Распорядился Иван.
Марсель ушел, держа края веревок с рыбой, чтобы они не цепляли землю. Ветер снова начал крепчать, а низкий гул усиливаться.
— Не надо ему было возвращаться. — Решил Родион. — Смерч уже близко.
Забежал Борис с коляской.
— Там ребята, пипец, что творится. Это мегаторнадо, смерч тысячелетия, он шириной больше километра, а то и трех. — Его глаза горели. — Надо валить скорее, а то засосет.
Иван нагрузил Родиона Сергеевича и отпустил его. Помог Борису поставить корыто в коляску.
— А ты? — Борис решил, что Иван пойдет вместе с ним.
— А я что, без рыбы уйду. Идите, дядь Борь и скажите Марселю, чтобы возвращался на склад. Я сам заберу остатки.
— Давай быстрее. Ты просто не представляешь, какой там ужас творится. — Заволновался сосед. — Не вздумай героя из себя корчить, или жадину, не тот момент.
— Я быстро. — Иван заскочил на стремянку и начал снимать веревки с рыбой, обматывая их вокруг себя.
Полог вдруг вытянуло в окно, сорвало и унесло. По стене забило камешками. Торнадо был совсем близко. Воздух гудел, как трансформаторная будка во время перегрузки. Иван побежал к выходу. Выбежал наружу и обомлел. Над ним до самого неба возвышался вращающийся черный столб смерча. Не такой, какие он видел в новостях, быстрые и тонкие, мечущиеся всасывающим хоботом по поверхности земли. Огромный, спокойный, невозмутимый столб, шириной точно больше километра. Он приближался строго по проложенной траектории без всякой суеты, как будто знал, что от него ничего не уйдет. Внутри вращающегося столба непрерывно сверкали молнии, гром от которых сливался в один сплошной звук. А еще от его дуновения исходил жар непонятной природы.
Иван побежал, насколько ему позволял груз. Снаряды, выпускаемые из смерча, как из пращи, попадали в него, но рыба срабатывала, как бронежилет. Напуганная сестра выбежала его встречать. Она ревела от страха за Ивана.
— Назад! — Выкрикнул ей брат.
Он уже чувствовал, как его начинает тянуть назад, каждый шаг давался все тяжелее. Казалось, что веревки с рыбой со спины тянутся в сторону смерча. Иван склонился вперед, чтобы противодействовать силе, увлекающей его. Алена не послушалась брата, схватила его за руку и потянула за собой. Благо оставались считанные метры до входа на склад. Они заскочили под козырек. Софья Марковна дождалась, когда они зайдут за первые ворота и закрыла за ними их на щеколду.
— Здесь оставаться тоже опасно. — Предупредил Иван.
Он был уверен, что сила смерча нереальная. Даже внутри склада не было стопроцентной вероятности пережить его. Они прошли через вторые ворота и снова закрылись. Внутри темного помещения ощущалась вибрация земли.
— Мам, мы здесь. — Доложила Алена.
В ответ раздался всхлип. Алена принялась успокаивать мать. А за воротами начинался настоящий ад. Гул достиг такой мощности, что все твердые поверхности превратились в мембраны, источающие низкий акустический тембр. В наружные ворота неистово стучало всё, что находилось внутри вихря в полете. И первые и вторые ворота ходили ходуном. Старые ржавые петли издавали невыносимый скрежет и свист.
Людям пришлось зажать уши, чтобы не слышать этот душераздирающий звук. Природа испытывала человека на психологическую устойчивость. Справились не все. Первым завыл Роман, но его голос тонул в шуме. Потом к нему присоединилась Лида, пятидесятилетняя женщина, муж которой сейчас находился на вахте, а дочь с семьей где-то в Челябинской области. Видимо от страха, что она одна и от неизвестности за близких, нервы ее сдали. Мать Ивана пошла на ее голос и попыталась успокоить, но женщина была совсем не в себе.
Кошмар длился минут десять. Гул смерча удалился и показалось, что можно перевести дух, но тут снова все повторилось. Следующий смерч прошелся над головами. Он так же пытался вырвать ворота или закидать их мусором. Нервы начали сдавать почти у всех. Алена заткнула уши пальцами и плакала. В какой-то момент страх так сильно парализовал ее волю, что психика решила подстраховаться и включила полную апатию. Она сидела с закрытыми глазами, безразличная абсолютно ко всему.