В тамбуре после улицы казалось прохладно. Иван включил фонарь и поставил его на попа, чтобы в помещение была светло. Песец вжался в угол, как будто пытался охладится от промерзших стен.
— Я сейчас вам воды принесу. — Пообещал Иван.
Он зашел на склад.
— Ну, получилось? — спросила Алена.
— Да, они в тамбуре. Кто-нибудь догадался взять воды?
К счастью, даже в спешке, люди не забыли о самых насущных вещах. Вода и тазик нашлись сразу. Иван экономно налил в него воды и вынес животным. Мамаша сразу приняла подношение. Она и щенки встали в круг и жадно лакали воду.
— Не буду вас смущать. — Иван забрал фонарь и вернулся на склад.
— И как там погода? — Спросила мать. — Алена сказала, что стало очень жарко.
— Очень жарко — это не то определение. Там пекло гораздо больше ста градусов. Ельник потемнел за секунды.
— Откуда такая жара? — Спросила Софья Марковна. — На всей планете такого не случалось, даже в Сахаре, откуда у нас-то?
— Не знаю. — Иван пожал плечами. — С недавних пор я вообще не могу сказать, что разбираюсь в природе.
— А тут мы в безопасности? — Испуганно поинтересовалась Руфина.
— Смотря сколько времени будет печь. — Ответил Борис. — Если земля начнет оттаивать, то, во-первых, у нас тут обвалившийся угол и нас может затянуть жижей, а во-вторых, стены прогреются и тут тоже станет несладко. Хотя я уверен, что месяц до этого события у нас точно имеется.
— Да, варенья из морошки и клюквы в этом году накрутить не получится. — Протяжно произнесла Софья Марковна.
— Какое варенье, Софа, у тебя дома нет. — Напомнил ей Роман, только недавно отошедший от ступора. — Варенье ей. Тут вообще непонятно, что есть будем. Как бы не друг друга.
— Да заткнись ты, Рома. — Строго приказала ему мать Ивана.
— А что делать, народ? Ложиться и помирать. Так хоть кто-то спасется.
— Дядь Рома прав, будем есть друг друга. Начнем с самых бесполезных, кто уже на последнем издыхании, потом съедим тех, кто поздоровее и так далее. — На полном серьезе произнес Иван.
— Вануйто, ты что, кукухой тронулся. — Тихо прошептала Алена.
— Я же вам сказал, как только погода устаканится, я схожу в Уренгой на разведку. Не будем мы есть друг друга, а кто будет сеять среди нас панику, того будем лишать продуктовой пайки. Я это говорю на полном серьезе, дядь Ром. Если вы не можете сдержать в себе горячечный бред, будем воспитывать вас через желудок. — Твердо заявил Иван. — Сейчас нам надо быть как можно сплочённее, иначе начнутся проблемы.
— Ваня прав, нельзя пугать друг друга, переругаемся, разосремся, начнем продукты крысить, а как жить, если у нас ничего кроме этой дыры нет. — Поддержал его Борис. — Ты, Рома, просто молчи, иначе с песцами в тамбуре будешь жить.
Замолчал не только Роман, но и все остальные. В складе сделалось тихо, так, что стали слышны звуки с улицы. А там регулярно что-то трескалось, шипело, скрипело. Жара испытывала мир на прочность, а он пытался сопротивляться, издавая пугающе звуки.
В дверь заскреблись когтями, да еще и с подвываниями.
— Фу, черт, чуть под себя не сходила. — Произнесла Валентина.
— Им там снова жарко, похоже. — Решила Алена и подошла к двери.
— Вы что, хотите дикое животное к нам запустить? — Испугался Роман.
— Если бы не щенки, она бы сроду не стала искать защиты у людей. Переступила через все свои правила и инстинкты, чтобы их спасти. Она ничего нам не сделает. — Алена открыла дверь. — Заходи, дорогая.
Песец неуверенно заглянула в дверной проем. Увидела скопление людей и замерла в нерешительности. В склад потянуло зноем.
— Вануйто, ты ее крестный отец, подай голос. — Попросила Алена.
— Дорогуша, заходи, не бойся. У нас тут ковчег, места есть для всех. — Пригласил ее Иван.
Мамаша зашла внутрь, виляя хвостом и встала в дальнем углу. Щенки, один за другим, зашли внутрь и замерли рядом с матерью. В отличие от нее, испуганно-нерешительной, они рассматривали людей с любопытством.
— Я заберу тазик и проверю, как там обстановка. — Алена выскочила в дверь, не дожидаясь ответа.
— Не открывай наружную дверь. — Попросил вслед Иван.
Его громкий возглас напугал песца. Она дернулась, решив, что прикрикнули на нее.
— Не-не, дорогуша, это я не тебе. — Иван подошел и присел рядом с животным. — Вот, народ, лишний повод не повышать голос. Разговариваем тихо с добродушной интонацией.
— Какие мы блаженные. — Тихо добавил Роман.
На него сразу цыкнули.
Песец постепенно успокоился и лег в дальнем уголке, но взгляд с людей не спускал. Щенки разлеглись вокруг и не проявляли признаков беспокойства, положившись на защиту матери.