Тревожный звонок застал Роберта на работе. Он поинтересовался у коллег пониже рангом, не получали ли они подобные звонки. Никто не получал. Именно это обстоятельство и заставило его серьезно отнестись к предупреждению. Он ничем не рисковал, потому что звонок был записан на телефон и, если это был розыгрыш, он мог его предъявить. Взял машину с шофером, съездил домой за женой и забрал детей из школы, сына Даниэля и дочь Эмилию. Экзотические имена они с Марией дали детям, будучи уверенными, что те будут жить в Европе, на исторической родине Роберта. И хотя его предки жили в России уже лет двести, в его жизни был период, когда он вдруг начал считать себя истым немцем, несправедливо оторванным от корней.
Успешно стартовавшая карьера благоразумно похоронила эти планы, отбила налипшую к телу немецкость, и в целом направила ум в нужном направлении. Роберт был исполнительным, умным, дисциплинированным работником. Тонко чувствовал состояние начальника и умел создать у того хорошее настроение, когда происходили серьезные неприятности. А все знакомые, переехавшие в Европу, которым он раньше завидовал, в один голос жаловались, что их жизнь становится похожа на бег белки в колесе. Ни карьеры, ни успехов, каждый день похож на вчерашний, а в будущем никакого просвета.
Так что идея фикс умерла, но на память о себе оставила имена детей. Ходили они в элитную школу, а там многим детям имена были даны родителями с целью выделиться. В итоге ярмарка тщеславия разбилась о многообразие экзотических, а иногда и просто дурацких имен.
Роберт забрал детей, жену и выехал за город, в министерский дом отдыха на берегу реки. Там уже находились несколько семей первых замов и просто важных людей. Все были удивлены обзвоном и коллективно решили, что это учебная тревога. Но новости по телевизору в тот день звучали пугающе. Многочисленные поднятия и наоборот, провалы земной коры происходили по всей планете. А потом пришло сообщение о том, что началось. Заработали генераторы, спутниковая связь. Семьи пригласи в капсулы, о существовании которых никто не подозревал. Это были укрепленные небольшие помещения яйцевидной формы, рассчитанные на одну семью. Внутри находился монитор, на который передавалась картинка с нескольких наружных камер. Люди сидели в специальных амортизирующих креслах, пристегнутые ремнями безопасности.
На монитор выводился обратный отсчет, предупреждающий о надвигающейся сейсмической волне. Прошло не больше четверти часа, как их убежище подняло вверх, тряся так, что казалось, сейчас «яйцо» расколется. Потом оно пошло вниз и жестко остановилось. Жена Мария, испугавшаяся за детей, чуть не лишилась рассудка от переполнивших ее эмоций. Из всех камер после прохождения волны, работала только одна. И то, что она показывала, вызвало шок. Она смотрела в сторону темной бездны, из которой вверх поднимался пар.
Семью Мартенс доставали из капсулы специнструментом. Железобетонный корпус дал трещину и заклинил дверь. Когда они выбрались наружу, оказалось, что дверной проем смотрит в небо, а больше половины таких же капсул провалились в ту самую бездну, которую показывала камера. Огромный разлом земной коры, клокочущий на дне то ли кипятком, то ли подступающей лавой, вызывал оторопь и содрогание. Он протянулся на многие километры в стороны, а противоположный край едва угадывался через дымку теплых испарений, поднимающихся со дна.
На сильно разрушенной базе они прожили более суток. Выяснилось, что половина людей, в числе которых были женщины и дети, погибла. А сколько погибло из тех, кого не предупредили, страшно было представить. Съемки Москвы с вертолета показали жуткую правду, столицы больше не существовало. Как и не существовало всех остальных городов мира.
На вторые сутки, буквально за часы до наступления пекла, непонятно откуда появились вертолеты, собрали всех, кто имел особые пропуска и вывезли в убежище в двухстах километрах от центра Москвы. Роберт не знал, что у правительства, высших чинов различных министерств, известных людей страны имелся настоящий подземный город, рассчитанный на продолжительное автономное существование. Он должен был выдержать прямой удар ядерным оружием, но на землетрясение, уничтожившее мир, город не рассчитывался.
В первый день заселения новые обитатели столкнулись с массой проблем, от разрушенных стен, переходов, осыпавшейся штукатурки и разбитой мебели, до отсутствия воды и элементарных гигиенических удобств. Роберту и жене пришлось заняться той работой, от которой они серьезно отвыкли, убирать мусор, ходить в горшок и прочие вещи, вызывающие содрогание. Однако, новости сверху приходили такие, что все вопросы о неудобствах отпадали сами собой. Позже в убежище начали доставлять выживших рабочих тех профессий, которые могли быстро восстановить коммуникации и стены.