Вымазанный в пепле, с почерневшими волосами Николя, задыхаясь, кинулся искать. Он слышал, как приближаются пожарные. Под искореженной железной балкой он заметил удивительные сияющие белокурые волосы. Пламя не смогло с ними справиться, потому что они сверкали ярче огня. Николя положил их во внутренний карман и вышел.
Он шел покачиваясь, и пожарники удивленно смотрели ему вслед. Пламя яростно металось по верхним этажам, а пожарные изо всех сил пытались изолировать очаг. Их брандспойты были пусты.
Николя шел по тротуару, прижимая к груди волосы Ализы и поглаживая их правой рукой. Мимо с грохотом промчалась машина сенешаля. Сам сенешаль в красной кожаной форме сидел на заднем сиденье. Николя оттопырил куртку и увидел, что он весь залит солнечным светом. Только глаза его были черны, как ночь.
Впереди замаячил тридцатый столб. Колен начал свой обход рано утром. Он работал теперь в подвале Золотохранилища. Завидев грабителей, он должен был громко кричать. Хранилище было огромным. Чтобы его обойти, требовался целый день, да и то если шагать очень быстро. В центре хранилища располагалась бронированная комната со смертоносным газом, где медленно вызревало золото. За эту работу хорошо платили, надо было только успеть совершить полный обход за день. Колен чувствовал слабость. В подвале было очень темно. Ему все время хотелось оглянуться назад, поэтому он выбивался из графика. Позади крошечным пятном светилась последняя лампочка, впереди виднелась следующая. По мере того как Колен приближался, она увеличивалась в размерах.
Грабители приходили не каждый день, но Колен должен был оказаться у нужного столба в строго определенное время, иначе у него из зарплаты вычитали штраф. Чтобы вовремя закричать, нужно было четко следовать графику. Будучи людьми аккуратными, грабители всегда приходили в одно и то же время.
У Колена болела правая нога. Пол в хранилище был неровный и весь в выбоинах, он был сделан из искусственного камня. Дойдя до восьмой белой черты, Колен ускорил шаг, чтобы поспеть к тридцатому столбу в запланированное время. Он начал было петь, но эхо отвечало ему грозными невнятными словами, и мелодия тоже страшно искажалась.
Колен шел, превозмогая боль, и наконец миновал тридцатый столб. Он машинально оглянулся: ему все время казалось, что сзади кто-то идет. Потом он снова ускорил шаг, чтобы наверстать упущенные пять секунд.
Войти в столовую было теперь невозможно. Потолок низко нависал над полом, между ними в пропитанном влагой мраке бурно разрастались какие-то странные породы — не то растения, не то минералы. Дверь в коридор не открывалась. Оставался только узкий проход, который вел в спальню Хлои. Исида вошла первой. За ней проследовал Николя. Вид у него был совершенно пришибленный. Внутренний карман куртки был оттопырен, и Николя то и дело хватался за грудь.
Исида бросила взгляд на постель. Хлоя, как обычно, утопала в цветах. В руках она пыталась удержать огромную белую орхидею, которая казалась бежевой рядом с ее полупрозрачным белым лицом. Ее глаза были открыты. Когда Исида села на постель, Хлоя пошевелилась. При виде Хлои Николя отвернулся. Он хотел улыбнуться ей, но у него ничего не вышло. Он подошел к постели, погладил Хлою по руке. Потом он сел рядом с Исидой. Хлоя закрыла глаза и опять открыла. Она была рада, что они пришли.
— Ты спала? — тихо спросила Исида.
Хлоя взглядом ответила «нет». Своими тоненькими пальцами она попыталась нащупать Исидину руку. В другой руке она держала мышку. Мышка блестящими черными глазами смотрела на них из темноты. Она засеменила навстречу Николя. Николя взял ее на ладонь, поцеловал в мордочку, и она вернулась на место. Цветы дрожали под натиском болезни, и Хлоя с каждым часом слабела.
— Где Колен? — спросила Исида.
— Работа… — прошептала Хлоя.
— Тебе тяжело говорить, — сказала Исида. — Отвечай только «да» и «нет».
Она наклонила к Хлое свое хорошенькое, обрамленное черными волосами личико и осторожно поцеловала ее.
— Он работает в банке? — спросила она.
Веки Хлои сомкнулись.
В прихожей послышались шаги, и в комнату вошел Колен. В руках у него были цветы, но с работы его опять уволили. Ему просто не повезло: грабители пришли раньше времени. Колен еле стоял на ногах. Он был не виноват, что они пришли раньше, поэтому ему заплатили немного денег и он даже купил цветов. Хлоя успокоилась, она почти улыбалась. Колен склонился над ней. Он так любил ее, а она почти совсем истаяла. Он прикоснулся к ней бережно, чтобы не сломать ее. Своими измученными шершавыми руками он легонько провел по ее каштановым волосам.