– Ура, – согласилась я. Сегодня Лаура смогла встать и немного пройтись по комнате. Она сразу стала требовать портных и парикмахера, но я все тянула, считая, что девушка еще слишком слаба, чтоб выдерживать многочасовые примерки.
– Чему радуется этот наглый паж? – капризно спросила Лаура. – Почему он прыгает в моих покоях, как бешеный пёс?
– Он прыгает в НАШИХ покоях, – подчеркнула я. – Он мой друг и радуется жизни, как любой нормальный ребенок.
Лаура сморщила носик.
– Ты разбаловала всю прислугу, – заметила она, когда я помогла ей снова лечь в постель.
– Возможно, у меня никогда не было прислуги, – поправила я одеяло.
Лаура фыркнула. К сожалению, пришлось признать, что характер у девушки оказался довольно паршивый. Она постоянно капризничала и была вечно недовольна обслуживанием. Пыталась заставить и меня прыгать вокруг нее, но тут уж я жестко отстаивала рамки. Грубит? Остается без чтения. Отказ от лекарства? Без сладкого. Не ест? Без украшений. Лаура отрывалась на служанках и совсем загоняла безропотных девушек, то ей было жарко, то холодно, то перина жесткая, то морс недостаточно кисленький и не из тех ягод. Я только диву давалась такой самовлюбленности и безграничной вере в то, что все вокруг просто обязаны ей угождать. Как она выросла такой, имея трех младших сестер?
Я покачала головой и закрыла двери в её спальню. Пусть поспит.
Дверь прихожей распахнулась, лакеи стали протаскивать что-то огромное, завернутое в шелковую ткань. Еще подарок? Тут скоро повернуться негде будет от них. Надо попросить служанку разобрать – съестное тащат, конфеты, торты, пирожные, пропадут ведь. Я при всём своём аппетите не смогу справиться с объемами средней кондитерской.
Однако следом вошел знакомый портной с помощницами.
– Лэра, свадебное платье какого фасона желаете? – спросил скучным голосом портной, развертывая принесенного монстра. Это оказался манекен моей полноты, обряженный в пышное вычурное платье со шлейфом. – Я позволил себе заранее сделать вам платье по последней моде.
– Ужас! – я закрыла глаза.
Нет, я знаю, что не Дюймовочка, но это уж чересчур. Полная фигура не терпит дополнительных декораций в виде многослойной юбки с подборами, пышных рукавов с буфами и уймы бантов. Я в нём буду казаться в два раза толще, чем есть на самом деле. Платье серо-голубое, а банты темно-красные. За что эти люди меня так ненавидят?
Сдерживая злость, я набросала силуэт платья покроя «принцесса». Благодаря косому крою и вертикальным рельефам он идет и худым, и толстым, так что нечего мне тут! Мне есть, чем подышать и что показать, так что убираем глухой ворот и воротник слоеным колесом, даешь декольте! Нормальное декольте, не до пупа, а до красивой ложбинки. И юбку, немного расширяющуюся книзу, мне эти воланы и оборки ни к чему, их придумали, чтоб скрыть нехватку телес и лишнюю угловатость. Мне же скрывать нечего. Во все времена, кроме нашего извращенного времени, женская худоба считалась недостатком, а мужчины предпочитали дам пышных, мягких, как сдобная булочка.
И цвет этот мне совершенно не идет! Странно, что приходится дворцовому портному объяснять такие простые вещи. Как будто тут нет полных дам! Никого ведь таким клоуном не наряжают. Вообще-то глупо портить отношения с невестой короля, вот так сразу, разве что мастеру иглы и ножниц не нравится место работы, и он собирается его вскоре сменить? Эту мысль я попыталась донести до портного.
***
Судя по закипевшей работе, до мастера дошло. Оставив их трудиться, я пошла гулять. Имею право освежить голову и привести мысли в порядок. Что-то я увлеклась какими-то незначительными деталями, не решив главного вопроса – хочу ли я замуж за Эдгара? Хочу ли жить в атмосфере всеобщего неодобрения и откровенного неуважения? А то уже и платье шьют, и дворец украшают, слуги бегают, как муравьи, а я все в неопределенности витаю. Свадьба хоть не сегодня, а завтра, самоотвод Клавы дал мне лишний день покопаться в себе.
Но, по всей видимости, мне выбора не оставили. Невест-то больше не осталось. Ну, и чего я тут мнусь, как девственница перед брачным ложем? Красивый, статусный, богатый мужчина искренне желает на мне жениться. Все по-честному. Радоваться нужно! А то, как говорила моя коллега, из всех радостей к пенсии остаются только ссаные пеленки внуков и огород, никакой личной жизни. А я хочу иметь личную жизнь! Я все-таки женщина, пусть и не первой молодости. Просто как-то позабыла об этом.