– Я понял, – повернул меня к себе Рауль. – Давай попробуем разобраться. Живу покупала?
– Нет. Не покупала и тянуть не из кого было… ой! – я прижала пальцы ко рту. – Я могла тянуть силу из ребенка!?
– Из такого мелкого много не вытянешь, – отмахнулся Рауль. – Когда у тебя появился кот?
– Три месяца назад. Они с Эриком обожают друг друга с первого дня.
– Я слышал о таком, – кивнул Рауль. – Вы просто в резонансе. Взаимно дополняете друг друга. Дети взрослеют быстрее, ты восстанавливаешь здоровье. К тому же ты магией занимаешься, она способствует долголетию и красоте. И жила ты возле природного источника силы. Деревенские дурни считают скалу священной, я в эту деревню каждый год заезжаю, даже старые шрамы рассасываются через несколько дней. Так что успокойся, это твое тело, а не обман зрения. И очень привлекательное тело! Я так много хочу с ним сделать!
Остальные пять дней протекли однообразно. Жаркие, полные неги и огня ночи. Я была очень благодарна Раулю. Он превосходно меня отвлекал от тревожных мыслей. Могу сказать откровенно – если женщина после секса вскакивает и шуршит по хозяйству, секса у нее не было. Что бы там мужчина не воображал о своей половой мощи. Лично у меня даже сил встать не было.
А днем я читала. Все книги, которые были у капитана в каюте, Эрик внимательно просмотрел и тыкал пальчиком, выбирая нужную. Я с ужасом поняла, что малыш умеет читать, причем на разных языках.
– Я этого не понимаю! – сердито захлопнула книгу.
– Читай, – потребовал Эрик. – Я понимаю.
– Вот сам и читай! – буркнула я.
– Мне трудно глаза так долго фокусировать, – попробовал подлизаться Эрик, умильно щурясь. – Я маленький! Так что читай!
Рым насмешливо фыркнул, и я со вздохом снова открыла книгу. Разумеется, любой обратит внимание, если бы ребенок стал читать «Теорию магический плетений». Да он не удержал бы в своих крохотных ручках пухлый том! А знать Эрик хотел много, и видимо, отлично запоминал, потому что требовал все больше информации. Для посторонних я просто читала вслух, развлекая малыша, а ребенок весело дергал за хвост мантикору и лепетал свои положенные «аф-тяф-тяф». Рым шипел и огрызался. Мы производили впечатление чуточку ненормального семейства, но не подозрительного.
– Скоро Сабиллон! – весело крикнул Альваро с вантов.
Эрик его просто терпеть не мог в последнее время, потому что добрый парень заставлял его ходить своими ножками, а не ездить на руках. Эрик быстро уставал и ужасно злился на напрасную трату времени и сил. – К рассвету дойдем!
– Вот это повтори, – потребовал Эрик.
Я послушно повторила. Эрик сел, нахмурился, скрутил из пальцев непонятную фигуру.
– Виви́рта кара́нни!
Ничего не произошло. Я подняла брови. Эрик иступленно засучил ногами по бухте каната.
– А-а-а-а! – заорал он благим матом.
Я испуганно охнула. Мне было даже неловко брать его на руки в последнее время. Малыш не стеснялся на язвительные комментарии по поводу окружающих. От некоторых даже боцман бы покраснел.
– У меня не получается, – спокойно сообщил Эрик, прооравшись. – Это не пальцы, а сосиски! Сделай ты!
– А у меня тем более не получится. Рауль напоил меня блокирующим зельем, и не факт, что только один раз, – отказалась я от попытки. – Что ты хочешь сделать?
– Снять ошейник с Рыма, разумеется! Как мы убежим с такой огромной и тяжелой цепью!? – Эрик гневно посмотрел на меня.
– И на это тратить магию? – моему удивлению не было предела. – Тут достаточно отвертки! Ну, или ножовки по металлу.
– Так делай же, женщина! Ты немало сил высосала из капитана. Аура светится столбом до неба. Или собираешься крутить задом завтра на невольничьем рынке?
Я смущенно отвела глаза. Последняя ночь была особенно горячей, Рауль пытался доказать, как много я потеряю, отказавшись от его объятий. Ну, и я не препятствовала ему выражать свою страсть. Не лежать же мне бревном, в самом деле? Это нечестно по отношению к партнеру. Я тоже постаралась сделать нашу последнюю ночь незабываемой. Но Эрику точно надо объяснить, что есть вещи, о которых приличные взрослые люди не говорят! По крайней мере, трезвыми.
Глава 33. Аукцион.
Невольничий рынок Сабиллона был, разумеется, нелегальным. Во Фрамилерии рабство было официально запрещено. Как и пиратство. То и другое, естественно, никуда исчезать не собиралось. Пять посольств дружественных держав имели в Сабиллоне свои представительства, не обиженные ни территорией, ни удобным расположением резиденций поблизости от порта. И вмешиваться в их дела никто не мог, даже губернатор. Так что пропавший молодой человек мог оказаться бесправным рабом, только перейдя ажурную кованую решетку. Вытащить удавалось очень немногих. Соседи, улыбаясь и заверяя в вечной дружбе, финансировали пиратские набеги и на паях делили прибыли от выгоднейшей торговли людьми.