Первый удар, который нанесла Когти, пришелся по левой щеке. Удар был быстрым, крепким и уверенным, и настолько сильным, что обычный человек свалился бы на кучу мусора за спиной. Но Бык лишь слегка пошатнулся и уронил очки.
— Неужели ты не в состоянии уклониться от удара?
— Бабуля, я просто даю тебе возможность выпустить пар. Ну как, стало лучше?
— Нет. — Когти следила, как Бык наклоняется, поднимает очки и стряхивает с них грязь. — Я бы ничего не имела против, будь тот человек свидетелем или участником одной из твоих разработок. И сколько раз ты расправлялся с гражданскими, которые никаким боком не причастны к делу?
Бык отвернулся и сплюнул кровь.
— Ну точно не в первый раз. И на самом деле он был причастен.
— Он тебе мешал?
— Нет. Но из-за него ты не смогла вовремя нанести удар. — Бык с явным удовольствием уставился на замершую Когти. Его слова ошеломили оперативницу, и лицо у нее сначала побагровело от гнева, а потом посерело. — Я просто не одобряю проволочек, — продолжил он. — Может, правильнее будет сказать, что они меня раздражают? На твое решение повлияла куча мусора на тележке.
— А тебе не приходило в голову, что меня беспокоили не мусор и не тележка, а человек, который ее толкал?
— Об этом я и говорю. Зачем ты стала помогать постороннему в такой момент? Человеческая натура? Нравственный долг? Полная чушь. С каких это пор тебя волнует подобная ерунда? Или ты увидела в нем себя, старую и слабую? Как ты можешь быть такой двуличной? И это после того, как ты всю жизнь занимаешься нашим делом! — Голос у него был возмущенный, но взгляд выдавал веселье. Бык напоминал ребенка, внезапно обнаружившего давно забытую игрушку, с которой он когда-то играл, на чердаке. — А может, тебе показалось, что ты и есть самый крошечный, тонкий и потрепанный кусок картона в этой огромной куче барахла?
С каждый словом, отдающимся у нее в суставах, Копи все сильнее сжимала челюсти. Мертвых или умирающих людей она видела чаще, чем принимала пищу, и не собиралась убиваться по дряхлому старьевщику. Скоро она забудет о том, что ее попытка помочь навлекла на старика скорую кончину.
— Я бы все исправила и завершила работу через пару дней. Разве ты не понял, что начисто лишил меня этой возможности?
Едва заметная ухмылка на лице Быка намекала, что он вовсе не был уверен в ее успехе, даже если бы не вмешались обстоятельства.
— Ну конечно, обвини меня в своем провале. Тебе ведь лучше, когда есть отговорка?
Когти вновь схватилась за нож. Почувствовав привычную рукоять, она немного успокоилась, открыла пакет и разорвала сетку с фруктами:
— Возьми мандарин.
Мандарин? Сейчас? Не заботясь о том, что выглядит как обычная заботливая бабушка, над чем и насмехался Бык, она достала мандарин и кинула его парню. Мандарин на ощупь был холодный, как фруктовое мороженое.
Бык поднес мандарин к распухшему лицу.
— Можно теперь я задам вопрос?
— Не стесняйся.
— Значит, это они? Хозяйка лавки и ее внучка?
Когти выронила пакет, и высыпавшиеся оттуда мандарины покатились к ногам Быка.
— Я прав. Это они. Люди, из-за которых ты так распереживалась. Или дело вовсе не в них, а в другом человеке, который для тебя важен.
«Видимо, вам есть перед кем покрасоваться».
Он знал. Бык знал, кто ей нужен и кого она хотела слушать. Он знал это лучше нее самой. Внезапно у Когти перехватило дыхание, как от приступа астмы.
— Ты хоть представляешь, насколько смешно выглядишь? — продолжил Бык.
Она не могла сказать, что именно ее сейчас терзает больше: страх или стыд.
— Не понимаю, о чем ты. В любом случае это не твое дело.
— А почему бы и нет? Надоело, что ты ходишь тут с идиотской улыбочкой.
Она в упор встретила рассерженный взгляд Быка. Он был всего-то на несколько лет моложе доктора Кана, но она не могла смотреть на коллегу теми же глазами, которыми смотрела на врача. Наконец мысли прояснились, и Когти со всей четкостью осознала, в каком положении оказалась.
— И все-таки это мое дело, — выдавила она. — Не знаю, что ты себе напридумывал, но не равняй этих людей со старьевщиком. Если хоть волос упадет с их головы, ты покойник. Я об этом позабочусь. — Она уже практически кричала. — Чего ты добиваешься? Зачем выносишь мне мозг? Если у тебя есть ко мне вопросы, решай их со мной, не тащи случайных людей.
— Чего я добиваюсь? Сам не знаю. А чего бы мне добиваться? — Бык сделал шаг вперед и раздавил мандарин. Цитрусовый аромат разлился по всему переулку. — Люди часто спрашивают, чего хотят другие, не задумываясь о том, чего хотят сами. Ты хоть знаешь, что сейчас делаешь? Тебе даже не понять, что к чему, но ты продолжаешь идти дальше.