— Отец…
— Для тебя я — ваше высочество! Если добровольно не явишься на северную заставу к рассвету, тебя будет преследовать инквизиция! Я всё сказал!
Первым актовый зал покинул мой отец, чертов его высочество. Нахрена он меня родил вообще, если я ему не нужен? Следом за ним ушли инспекция и ректор. Я не знаю, чего ожидать от императора. Дед вроде бы всегда хотел быть в курсе событий моей жизни, но никогда не показывал заботы. Я же все-таки бастард, чего ты хочешь, Лукас? Хочу, чтобы с Лолой все было хорошо. Двери актового зала подпирала моя команда.
— Что теперь будет, куратор?
— Не знаю, вы были в лазарете?
— Нас не пустили. — У Джона дрожит голос.
— Джон, дыхательные упражнения прямо сейчас! Возьми себя в руки, пойдёмте!
Долбаные коридоры не заканчивались, и казалось, что мы идём вечность, хотя в прямом смысле бежали. Дверь в палату была приоткрыта, я прислонил указательный палец к губам, показав ребятам молчать. В палате слышно голоса матери Лолы, лекаря и ректора.
— Ты идиот! Ты перестарался! Мне не нужна дочь-калека!
— Ну а мне не нужна жена-овощ!
— Сайрус! А как мы теперь получим наследство?
— А я не знаю! Теперь сама выкручивайся! Я вообще могу потерять должность! Всё из-за тебя! Не нужно было её пускать на последний курс! Ты могла ей запретить, и я бы уже был женат на ней!
— Все вон из палаты! Больной нужен покой! — Короткая пауза тишины. — Бедная девочка… Что с тобой сделали…
Я тихо постучал.
— Ну кто там ещё?
— Это я, Кайно.
— Ах, Лукас, входи… Ты не один?
— Мы все тут. Как она?
— Всё очень плохо. Перелом позвоночника, перелом почти всех ребер, и ей чудом не пробило легкие. У неё сильный ушиб черепа, и в данный момент… Девочка в коме. Из-за этого не происходит самоизлечение. Я не знаю, сколько она так протянет и выкарабкается ли вообще.
— Что мне делать? Кайно?
Старый лекарь взглянул на команду, сомневаясь, можно ли при них говорить. После моего кивка он поправил на Лоле маску поддержания жизни.
— Я один знаю твой секрет и… Ох, Лукас, тут вариант только такой… Обратись ко своей второй половине происхождения. Только там ей могут помочь. Времени у тебя до рассвета, Лолу собираются забрать в императорский лазарет, но там ей точно не помогут, уж я-то знаю. Двери будут открыты до четырёх утра. Держись, сын мой. — Похлопал по плечу и вышел из палаты.
— О чём он, куратор? — спросила Юси.
— Значит так, я не знаю, что сделают с вашей командой без командира. Меня отстранили, я больше не куратор. Если вы боитесь, просто ждите, что решат. Если вы готовы рискнуть ради неё, соберите только самые важные вещи и наденьте летнюю форму. Мы должны быть налегке. Встречаемся у статуи богини войны в два часа утра.
— А дальше?
— Побег из империи.
— Но нас будет искать инквизиция… Или нам плевать? — Всегда спокойный Рой.
— Мне точно плевать.
— Тогда и нам. — Ответил за всех Джон.
— Разойдитесь и сидите по комнатам, чтобы не вызывать подозрений, ни с кем не общайтесь, Джон, это касается и твоей девушки, без обид.
— Всё норм.
Команда покинула палату, и я остался с ней наедине. Раскрыл простынь и ужаснулся. Хоть на девочке и был фиксатор спины и торса, но видел, как под бордовой кожей выпирают сломанные рёбра. Ком боли в горле и тысячу иголок пронзают мою душу… Это случилось из-за меня… Если бы я не отвернулся, не ушел к вратам, этого бы не случилось!
— Всё будет хорошо, родная, ты поправишься. Я всё для этого сделаю!
Часы шли слишком медленно. Я вышагивал по комнате и с нетерпением ждал ночи. Время на часах — полвторого утра. Пора мне кое-что сделать… Я убрал маскировку на шее и груди. Моё тело украшали руны цвета алого дома огненных магов. Примет ли меня семья? А если нет? Как мне быть? Как спасти Лолу?
У статуи богини воина выжидали тихо все четверо в летней форме академии. Никто не сказал и слова, только Рой понял значения моих рун и молча поклонился. Ни одна душа не попалась нам на пути. Войдя в палату Лолы, я сразу открыл портал в родной дом.
— От портала далеко не отходить. — Шепнул своим бойцам.
По очереди они скрывались в портале. Я осторожно взял Лолу на руки и вышел, щелкнув пальцем. Портал захлопнулся. Глаза ослепили солнечные лучи. От запаха океана закружилась голова. Я повернулся в сторону дома, мама все так же молода и прекрасна. Она сначала замешкалась, а затем, скинув туфли, побежала ко мне…
8 Глава
Мама добежала до нас и притормозила, глядя то на меня, то на Лолу в моих руках. За ней добежала стража. Команда склонилась в поклоне перед пятой принцессой огненной империи.
— Ваше высочество…
— Лукас! Сын мой!
— Мам, кроме тебя мне никто не в силах помочь.
— Быстро в дом. Стража, закрыть ворота и никого из посторонних не пускать до моих указаний!
Нас разместили в большой спальне. Я осторожно уложил Лолу в постель. Во дворец огненной принцессы прибыли императорские лекари и сказали ровно то, что говорил Кайне. Команда дремала на диванах и креслах, я не стал их будить. Они на ногах с самого отбора, как и я.
— Сегодня ночью я приведу шамана. Он, кстати, твой прадед.
— Почему не днём?
— Днём он находится в трансе. Объясни, что произошло?
— Нас подставили, ректор академии заключил контракт с её матерью.
— Она должна выйти за него замуж?
— Такая она ему не нужна. Я люблю её и не могу оставить в таком состоянии.
— Почему твой отец не помог тебе?
— Он отправил меня на войну, через два часа я буду в розыске, как и вся команда. За нами начнёт охоту инквизиция.
— Не начнёт.
— Почему ты так решила?
Мама взяла за руку, повела на балкон и закрыла за нами стеклянные двери.
— Милый, когда мне было восемнадцать лет, к нам прибыл император Диатон. Я думала, что он просто решит дела с торговлей и уедет. Но вопрос был не в торговле. На второй день прибывания его величество пригласил меня на завтрак и поведал то, во что я не могла поверить. Оракул ему сказал, что войну с орками остановит истинная пара полукровки и демона смерти. «Причём тут я?» — спросила у Диатона… А он мне сказал, что моя судьба — быть матерью для полукровки. Меня долго уговаривали на это, и я решилась. Мне обещали полную свободу после родов, мне обещали, что никто не узнает, кроме сына. Когда я родила тебя, материнское сердце обливалось кровью, и мне хотелось остаться с тобой.
— Почему ты уехала?
— Я не бросала тебя, меня заставили. Твой отец был против моего пребывания, его невеста слишком истерила. Император Диатон обещал о тебе заботиться. Он не посмеет тебя искать, его цель — остановить войну с помощью тебя и твоей истинной.
Истинность…мне же Лола сказала тогда…О боги! Я вернулся в комнату и поднимал покрывало в поисках метки.
— На щиколотке. — подсказала мама.
На щиколотке красовался знак двух домов. Чёрный феникс в объятьях пламя. Это правда, она моя истинная…
— Поспи хоть немного, говорят, когда истинный находится рядом, лечение проходит быстрее.
Мама вышла из спальни, я прикрыл шторою яркое солнце и лёг осторожно рядом с любимой. Что нас с тобой ждёт, дорогая Лола? Держа её за руку, я провалился в крепкий сон, мне снился бушующий океан и она в белом одеянии.
— Куратор, просыпайтесь.
Открыв один глаз, я увидел над собою лучшего друга Лолы.
— Что, Джон?
— Там прибыла чёрная карета.
— Который час?
— Полночь.
— Шаман, наверное, прибыл. Где все?
— Пьют кофе с вашими братьями.
— Ясно.
— Я так и знал, что это вы. — Джон поправил прядь волос с лица девушки.
— О чём ты?
— Лола неровно к вам дышала с начала учёбы, а в этом году после пентаграммы совсем как влюблённая смотрит.
— Она специально, да?
— Она не хотела замуж и не знала, кто жених. А если бы знала, боюсь, она бы могла решиться и на убийство, потому что ректор её пугает. Вот и придумала план призвать того, кто сможет подарить настоящую любовь.