- Еб ты…- Дэйв потер барабанной палочкой лоб. – Прям так, что ли? Охереть…– у парня даже пот выступил на лбу.
- Прям вот так, – ответил Йорн очень серьезно. – Это – международное законодательство, к твоему сведению. О нем большая часть населения понятия не имеет так же, как не имел и я. Однако мне пришлось изучить тему, и три года я провел маневрируя, дабы Джордж Бейли не решил воспользоваться своим законным, морально оправданным правом. Пока он меня только порезал.
- Вот это вот все? – Дэйв неопределенно ткнул палочкой в воздух.
- Да.
- Гос-споди…А я думал, у нас звери-надсмотрщики…
- Ладно, это так, введение в исторический контекст. Ну, чего? Покажешь, на что способен?
- Да, только учти, я пять месяцев ни в одном глазу. Сейчас разыграюсь.
- Понимаю, я сам черти сколько не садился за инструмент. Поначалу было ощущение, что у меня коряги, а не руки. Сейчас, вроде, лютню заново освоил, посмотрим, подпустит ли меня гитара к вымени.
- Лютня? – скептически поднял бровь Дэйв.
- Да, я классику тоже неплохо высекаю. Ладно, главный здесь – ты, я на подпевках и в качестве скорой психологической помощи теленку золотого такина.
- Ты улыбку-то свою видел, психологическая помощь? – ехидно, но беззлобно поддел барабанщик.
- Джорджу нравится, чтоб он был здоровенький. Давай, ввали, – химера хлопнула в ладоши.
Сначала и вправду Дэйв чувствовал себя скованно, приноравливаясь к новому инструменту, странной обстановке и своеобразной аудитории, входя в общий раж. Однако длилась несколько сбивчивая и не вполне уверенная игра не более нескольких минут. Потом пошло, пошло, пошло, и вот Йорн уже видел перед собой действительно профессионального ударника. Пожалуй даже, очень профессионального. Вообще-то классного, похоже, ударника. Йорн не мог не двигаться в такт музыке, какая бы трешатина к нему не прилетала. А от Дэйва прилетала очень качественная трешатина, и совершенно очевидно, можно было дальше ожидать чего-то особенного – парень пока еще был не в форме. Йорн-то сам был не сказать, что в форме. Он не слышал своего голоса уже два года. Однако еще кое-что туманно заинтересовало Йорна в том, как Дэйв играл – его манера двигаться и подавать себя за установкой. Приятная сдержанная, отточенная резкость жестов, собранность и пластичность, словно он всем телом переживал ритм, экономичность и эффективность каждого движения, ясно прорисованная структура бита, которая постепенно разнообразилась, но не превращалась в пышношумящее месиво, как у некоторых эксцентрических персонажей. Черт, Дэйв был крут! И где-то Йорн такое уже видел, только не мог вспомнить, где.
- У меня дебильное предложение! – крикнул Йорн. – Сейчас… подключается здесь что-нибудь или пока одна видимость и никакой слышимости...- он пошел смотреть усилители, взял с подставки Джексон. – Предлагаю начать с Cotton Eye Joe! У меня странные ассоциации…
- Ты гвоздатый металлюга! Ты бы еще Crazy Frog вспомнил, – нервно рассмеялся Дэйв. Йорн хохотнул вместе с ним.
- Для Crazy Frog требуются клавиши, а они, я подозреваю, еще в упаковке стоят. Можно Gummy Bear, там есть как раз барабанный проигрыш, – Йорн оскалил клыки до десен. – Извозиться, так извозиться.
- Ладно, давай. Я майки поставлю.
- Здесь, конечно, все надо подключать и подгонять… – заметил Йорн, проверяя строй двурогой электрогитары, которая звучала на удивление сносно даже без тщательной настройки. – Просто накидали, что приволокли и бросили, – Дэйв поставил ему микрофон. – Благодарю. Стойкий привкус того, что кто-то решил, что это все несерьезно… Тоже придется, видимо, беседовать на эту тему. Зато камер видеонаблюдения поналепили – им это ближе с идеологической точки зрения… Во всяком случает, если это блажь для юного массы Бейли, я намерен сделать так, чтобы она стала постоянной. Просто потому, что меня заставляют тратить на него время и силы.
- Меня удивляет знаешь, что, – отозвался Дэйв. – Что ты разговариваешь, как босс, а не…- он смутился произносить это слово.
- Раб? – усмехнулся Йорн. – Высокомерие и дерзость – единственное, что мне здесь пока помогает держаться на плаву. Не пытайтесь повторить в домашних условиях, работает через раз. Я прилично отхватил. Что ж, я готов. Предупреждаю, что хрень сейчас хлынет несусветная…Be-fore you slip in-to un-consciousness…- Йорн откашлался. – Твою мать… ‘f ‘t hadn’t been ‘f… р-раа…черт! – Дэйв засмеялся. – Твой с-смех над инвалидом неполиткорректен, Дэвид! – рявкнул химера с ухмылкой.
- Может все-таки Crazy Frog? Там слова попроще… – оба заржали каким-то странным полу-веселым, полу-нервическим смехом. – Ринг-динг-динг-динг-динг-динг… Ринг-динг-динг-динг-динг-динг…
- Бэм-бэм… Мать его… Я, вроде, не замечал, чтобы у меня дикция пос-страдала из-за этой штанги гребаной… Еще раз…A-one, a-two, a-three, a-fower…
If it hadn’t been for Cotton-Eye Joe
I’d been married a long time ago
Where did you come from, where did you go?
Where did you come from, Cotton-Eye Joe?
На первом куплете Йорн пару раз запнулся, начал отбивать ритм ногой. Дэйв слегка шуршал по тарелке. Йорн пошел по второму кругу, пел он намеренно в самом комфортном для себя диапазоне, постепенно расслабляясь и слегка искажая голос, чтобы спародировать оригинал – чтобы хоть весело было. На третьем повторении Йорн вступил на гитаре, Дэйв на ударных. Раз пять они прокрутили один и тот же куплет, постепенно приспосабливаясь к звучанию друг друга, после чего Йорн рявкнул в микрофон:
- А теперь газку прибавили и сразу на четвертую передачу! – он включил фьюз на гитаре и зарычал намеренно подрасслабленным гроулом:
He came to town like a midwinter storm
He rode through the fields, so handsome and strong
His eyes were his tools and his smile was his gun
But all he had come for was having some fun…
Дэйв мгновенно врубился в тему, сбивка поменялась.
- Отгружай металлопрокат, Дэйв! – Йорн включил искажение на микрофоне и резко поменял мелодию. – …Save your breathing, it’s your bleeding, no one is gonna save you no-oow…Got no feeling, far from healing… что-то там…на-на… to hell…I hear your voice thundering down… дальше слова не пом-ню…- Йорн на время замолчал, продолжая при этом играть и почему-то очень хитро и испытующе смотрел на Дэйва. – I’m gonna send you back to hell… I’m gonna send you back to he-e-e-el… I’m gonna send you back to hell…Давай, Дэйв!
- I’m gonna send you back to hell…- звучно заревел в микрофон парень, с виду казавшийся довольно щуплым.
- I’m gonna send you back to hell…- Йорну непременно нужно было его перерычать, но пока не слишком удовлетворяло собственное звучание. Хорошо, что хоть искра прежнего азарта начала немного высекаться, хотя движок никак не заводился. Йорну подумалось, что это с ним не только от долгого отсутствия практики, но и ввиду непрерывного жуткого нервного напряжения, степень которого он не всегда мог адекватно оценить.
«…На массаж что ли пойти…» – и смех, и слезы, потому что в принципе попросить у Джорджа о таком одолжении становилось возможным. Джордж бы еще сам заглянул помочь... Йорн начал смеяться сквозь свой черный звериный рык.
- I’m gonna send YOU back to hell…
- I’m gonna send YOU…BACK …TO…HELL…
- Над чем ты ржешь-то? – спросил Дэйв, тоже улыбаясь. Как ни странно, смех у чудовища был заразительным, хотя и не слишком частым явлением.
- Дэйв, я тебя знаю! – неожиданно отвечал Йорн. – Не лично, а по сети. Это, ведь, твой оридж. Ты – «Альфа», ты в маске всегда на видео выступал.
Дэйв опять весь изменился в лице, но отпираться ему было уже поздно. Казалось, что он по некой неизвестной причине был крайне фрустрирован из-за наблюдательности химеры.
- Извини, я что-то лишнее сказал? – Йорн прищурился на парня.
- Да нет… так это все… Пустое, короче…
- Из сети тебя не выпилили, à propos. И на i-Tunes ты вполне себе продаешься.
- Заебись, как здорово, – буркнул тот, откладывая палочки.
- Ладно, думаю, что я тебя понимаю.
- Не знаю, не знаю. Не надо меня понимать…Нечего тут и понимать, – он снова поднял палочки и постучал ими друг о друга, не музыкально, а ожесточенно. – У меня была жена, как мне казалось, музыка, контракты, подписчики в, мать его, Инстаграме, и я все это про-е-бал, блядь…Я только начал выбираться из хрен знает, какой хуйни, а тут – херак! – Йорн видел, что у парня слегка покраснели веки. – Поделись секретом: ты сам такой непрошибаемый, потому что привык? Или потому, что ты у Бейли? Или потому, что ты – этот…как его…? Здесь вообще возможно выжить и не сдвинуться?