— Мы-то? Конечно. Кто-то же должен спасать тебя от твоей собственной глупости? — широко улыбнулся Заар.
— Очень смешно, Заар. Очень.
———
Тело среди руин
Элиарион переместился в резиденцию, надеясь на передышку. Но едва перешагнув порог, он застыл. Громадный зал — его зал, сердце его дома — был разрушен. Массивные колонны проломлены, стены почернели от следов чужой, древней магии. В воздухе висел запах гари и что-то другое… Старое. Забытое.
Он шагнул вперёд, хрустнув осколками мрамора. Сердце сжалось в непонятной тревоге. Он уже видел много смертей. Слишком много. Но эта магия… Она не должна была существовать.
Внизу, посреди разрушенного зала, среди опрокинутых обломков и мрака, лежало тело. Обнажённое, исполосованное невидимыми глазу шрамами. Волосы, серебристые, но в них мелькали тёмные пряди. Бледная кожа, губы, дрожащие от еле слышного дыхания. Она была ещё жива.
Элис.
Грудь сжалась от внезапного осознания. Это не могло быть правдой. Не здесь. Не так. Он бросился вперёд, хватая её, прижимая к себе. Её тело было ледяным.
— Нет… нет, нет, нет… — его голос дрожал. Это был страх? Злость? Смешение давно забытых чувств.
Но важнее был другой вопрос. Что с ней сделали? КТО С НЕЙ ЭТО СДЕЛАЛ?!
Магия, пропитавшая пространство, сгустилась. Он чувствовал её, знал её. Дар Смерти. Но это было невозможно. Эта сила принадлежала лишь одному существу — и оно давно кануло в Небытие.
Он резко поднял голову. Его крик, полный безумия, истерзанной души и первобытного ужаса, сотряс стены:
— АРИ'ИН!
Замок вздрогнул. Где-то вдалеке что-то рухнуло.
Но это уже не имело значения...
Глава 4. Осколки личности
Прошло две недели с того момента, как Элиарион нашёл Элис. Он не знал, сколько времени провёл, сжимая её холодное тело, бездумно глядя в пустоту. Не помнил, как отдал приказ отнести её в самые защищённые покои резиденции. Всё слилось в одно сплошное, тяжёлое, неотрывное мгновение. Элис не подавала признаков жизни. Она дышала, но не приходила в себя. Её тело не иссыхало, не теряло тепла, не разрушалось от влияния магии Смерти, оставшейся в её жилах. Она не умирала.
Но и не жила.
Ари’ин неустанно наблюдала за ней. Почти не отходила, внимательно фиксируя каждое малейшее изменение в её состоянии. Она двигалась плавно, почти бесшумно, словно тень.
Кожа Ари'ин имела мягкий бледно-золотистый оттенок, а тонкие линии, похожие на изящные татуировки, мерцали тусклым светом каждый раз, когда её пальцы касались Элис, улавливая глубинные потоки энергии. Глаза Ари’ин переливались, словно гладь воды под небом: сейчас серебристые — спокойные, безмятежные, но стоило тревоге коснуться её души, и они темнели до глубокого синего. Длинные, пшеничные волосы ниспадали мягкими волнами, обрамляя лицо, а чуть загнутые назад уши придавали облику благородную грацию. Светлая, почти прозрачная мантия окутывала её фигуру, меняя оттенок в зависимости от её внутреннего состояния — сейчас она отливала приглушённым жемчугом, отражая глубокую сосредоточенность. Время от времени за её плечом вспыхивал полупрозрачный силуэт — дух предшественника, шептавший древние заклинания, нашёптывавший возможные пути исцеления. Ари’ин прислушивалась, чуть склоняя голову, а затем снова касалась ладонями Элис, направляя силу туда, где была нужна её помощь. Она делала всё, что было в её силах.
Ари'ин принадлежит к расе — Ситар'ин известных как "Наследники духов". Древний народ обладающий уникальной связью с духами предков. Их предназначение - быть целителями. Их сущность переплетена с миром духов, и каждый Ситар'ин рождается уже связанным с духом одного из своих предков. Благодаря этому "Наследники духов" обладают невероятной мудростью и знаниями, выходящими за пределы их собственного опыта. А их имена всегда оканчиваются на "ин" в знак благодарности за помощь предков.
При смерти Ситар'ин его дух тоже становится частью этого вечного круга, помогая будущим поколениям. Поэтому народ верит, что никто из них никогда не исчезает по-настоящему.
Элиарион смотрел в зеркало, безразлично изучая собственное отражение. Он выглядел отвратительно. Тёмные круги под глазами, осунувшиеся черты, тусклое пламя магии в глубине зрачков. Последствия полугодовой войны и бессонных ночей давали о себе знать. Силы восстанавливались медленно, но он не мог заставить себя остановиться. Он почти не покидал покои Элис. Изредка приходили Иллеана и Заар — беспокоились, пытались встряхнуть его, вернуть хоть каплю прежнего высокомерия и уверенности. Но даже они понимали: до тех пор, пока Элис в этом состоянии, он останется таким.